Но единственная мысль, на которой он ловил себя неоднократно на протяжении всего пути, была мысль о священнике. Рича смущало, почему тот взглянул на фотографию Элис лишь мельком, и он не понимал, что заставило служителя так резко перемениться по отношению к Ричу и его вопросам. Списывать это на личную неприязнь он не мог, ведь священник – это не та категория людей, которая живет эмоциями. Получалось, что священник мог что-то знать, и скрывал это. Но почему?
Причин могло быть всего две. Первая, наиболее явная, это чувство вины. Элис могла ему что-то рассказать, и после этого она исчезла. Священник же, зная причину происходящего, не может раскрыть её тайну, и от этого мучается. Но эта версия Ричу не нравилась. По ней получалось, что священник сам стал жертвой, пусть и не физической. А это означало, что он мученик и его надо пожалеть, а на подобные эмоции в его адрес Рич не был готов пойти.
И вторая причина поведения священника, которая казалась Ричу более вероятной, это та, что священник либо сам был виновен в этих исчезновениях, либо мог быть косвенно в них замешан. Ведь, помимо старого дома, церковь также могла быть связующим звеном, и священник вполне мог иметь доступ к тому подвалу, где нашли кровь Райана. Да и девушку после посещения его службы никто не видел, так что отметать эту мысль Рич не собирался. Напротив, он хотел установить слежку за церковью и за самим священником, ведь, если он виновен, а Элис еще жива, он мог привести к ней, и, возможно, это бы спасло ей жизнь.
С этим предположением Рич ворвался в участок и выпалил всё Шерифу. Тот посмотрел на него скептически и немного испуганно.
– Ты выглядишь, как фанатик, тебе нужно отдохнуть.
Рич не ожидал подобной реакции. Напротив, он надеялся, что друг и напарник поддержит его, но не тут то было.
– Значит, ты не поможешь организовать слежку?
– Нет, конечно, – с ухмылкой ответил Шериф, – на каком основании? Что тебе не понравился его тон? Мне тоже много кто и что не нравятся, но я же не записываю их в преступники.
– Но ты не понимаешь, здесь другое, – Рич хотел любой ценой убедить Шерифа в своей правоте. – Он связующее звено…
– Еще час назад связующим звеном был дом, – Шериф смотрел на него сердитым взглядом.
– Да, но ты прав, дом это не то, – Рич говорил сбивчиво, – а священник – это другое дело, и он мог…
– Да послушай ты, – Шериф говорил полушепотом, оглядываясь на полицейских, находившихся в соседней комнате. – Священник – это человек, к которому весь город приходит за помощью. И он помогает им, в отличие от нас с тобой. А теперь ты предлагаешь его закрыть? Отличная мысль. Чтобы нас на костре сожгли? Они и так уже нас ненавидят и винят во всех смертных грехах.
– Но если он виновен…
– Да невиновен он, – Шериф немного повысил голос, но сразу взял себя в руки. – Давай так, – он немного перевел дух, – мы не будем за ним следить, потому что это вызовет глубокий общественный резонанс, а нам этого не надо…
– Но если…
– А если, на этот случай мы будем за ним присматривать, немного, чтобы об этом никто не догадался.
– Но как это? – Рич был одновременно удивлен и рад, что Шериф не против держать священника под контролем.
– Мы выставим охрану у старого дома, ведь ты сам говорил, что он может быть связью, да? – Шериф присел за свой стол и стал набирать внутренний номер. – Нужно выставить патруль у старого дома у церкви. Глаз не спускайте с дома и со всех, кто вокруг находится. Чтобы я знал обо всех перемещениях. Да, и за священником присматривайте, не хватало нам, чтобы с ним что-то случилось, люди нам этого не простят. – Он положил трубку и с улыбкой посмотрел на Рича.
– Отлично придумано, – Рич одобрительно хлопнул в ладоши, – теперь все будут думать, что мы охраняем священника.
– Да, и это хорошо по двум причинам. Мы не навлечем на себя гнев народа, который в него верит, и не дадим ему совершить новое преступление, если он виновен.