Погружение 1
Катя тяжело вздохнула и вышла из родной библиотеки. Библиотека служила ей пристанищем все годы обучения в университете, ей почти всегда было хорошо на третьем этаже под куполом здания девятнадцатого века. В середине дня, когда посетителей практически не было, улучив свободную минутку, она любила, надев балетки, нарезать круги и восьмерки по скрипящему от старости наборному паркету. Прекрасно было то воображать себя мягко скользящей в ажурном платье на балу в офицерском собрании столицы, то внезапно оказываться в атмосфере католической мессы перед священником, чья выбеленная голова с аккуратной бородкой очень напоминала рекламного Санта Клауса, однако же атмосфера торжества от этого не страдала. В иной день в мечтах она оказывалась в мастерской великого скульптора: притаившись за колонной цвета слоновой кости, следила как ее друг – ваятель представляет свои работы благообразному Императору в темно синем мундире с саблей. Эфес массивной сабли ловил лучи полуденного солнца, проникавшие сквозь окна в куполе, и щедро разбрасывал их по стенам и мраморным изваяниям, расставленным по кругу под куполом в мастерской.
Воображение Кати справлялось с самыми сложными задачами, перемалывая гранитные пласты реальности сурового северного города и устилая получившейся крошкой дорогу в светлое будущее. Такие просторные залы с колоннами и куполами, как в любимой общественной библиотеке, старинные витражи, да и просто винтажные вещи и крохотные вещицы с историей могли пробудить в ней зерна фантазмов. Живая мысль цеплялась за спасительную вещь и выстраивала особый уютный маленький мирок, скрывавший Катю от житейских трудностей и неприятностей на журфаке или на работе. Мирок каждый раз был разный, но обычно это была уютная комната с картинами, орнаментом по краям обоев, коврами и резной мебелью. Она мысленно закрывала глаза и переносилась в этот мир, на несколько минут, а то и часов забывая о житейских проблемах.
Но сейчас ей нездоровилось и столь сладкий и манящий волшебный мир никак не желал возникать, окружать слоем войлока суровую реальность. Ей так хотелось купить в любимой кофейне большой латте с корицей и ванильным сиропом, взять пару пончиков в красной глазури и съесть их, стоя на гранитной набережной и наблюдая как солнце ласкает золотыми лучами пыльные камни светло коричневых стен Собора, построенного в память о Великой войне. Она любила корицу. Была б ее воля она бы в каждое блюдо добавляла ее горстями. Даже в суп.
Однако, надо было как то приходить в норму, а старые рецепты не помогали. Всеми фибрами души ощущала она, что балансирует на краю затяжной депрессии и скоро расклеится, а потому надо срочно что-то предпринять. Библиотека, дарившая покой и утешение во время плохой погоды и треволнений сессии, сейчас была равнодушно холодна. Девушка выскользнула, еле сдвинув массивную дубовую дверь с едва поддающимися нажиму бронзовыми ручками и также через силу прикрыв ее. В кофейне сидеть особо не хотелось, да и денег было впритык. Поэтому она с сожалением, стараясь не смотреть даже на витрину, прошла мимо. Заплетающиеся ноги работать явно отказывались, но все же понесли ее усталую телесную оболочку вдоль по проспекту в сквер Великой Поэтессы. Овальный сквер, зажатый между музеем и задворками театра обычно был малолюден и примечателен только несколькими кустами странных роз, буйно цветущих по три четверти года подряд – от появления первых проталин и до тех пор, пока их основательно не засыплет слоем снега; таинственной кованой скамейкой и двумя пустыми постаментами. Что за скульптуры жили на этих местах еще в тридцатых годах двадцатого века, понять было решительно невозможно, как и упорство музейных работников, каждый раз водружающих до весны на пустые мраморные тумбы прочные деревянные короба.
Девушка села на массивную скамью спиной к подозрительным розам и задумалась. Она уже больше недели практически засыпала на ходу и никак не могла как следует отдохнуть. Внутренний аккумулятор практически разрядился. Так дальше продолжаться не может. У нее ведь собственный дом в пригороде (хоть и одноэтажная бревенчатая гнилушка со скрипучей верандой, но все таки своя), три кота на балансе и собака в будке на цепи, работа в букинистическом магазине и в спальне четыре стопки непрочитанных книг в жанре фэнтези. А еще непутевый молодой человек – учащийся на актера, регулярно приходящий с репетиций прокуренный, голодный и уставший. И племянник – подросток, которого старшая сестра еженедельно сгружает на все выходные, даже не спрашивая. А по будням он прибегает пообщаться почти каждый день уже по собственной инициативе. Всех надо накормить, всем и каждому, включая котов и собакена, сказать доброе слово, выслушать, почесать за ушком. И на работе бывает напряженно. Женский коллектив, обитающий среди пыльных стеллажей со слегка потертыми книгами, помогающий таким же несвежим искателям истины, регулярно генерирует пикировки, выяснения отношений, а то и ссоры на пустом месте. И как в такой кутерьме найти время, чтобы подумать о творческой самореализации?