Ну, это уж слишком, – подумала Катя. – Только фей нам в историческом центре не хватало!
Она резко села, затем так же быстро встала, отряхнула джинсы, поправила кофточку и бодро пошла к подножью холма, удаляясь от необычного дерева, внезапно, среди лета начавшего притворяться новогодней елкой. Девушка от холма пошла по спирали налево, по пути останавливаясь и засматриваясь на погруженные в себя вековые дубы. От сосредоточенных дубов взгляд ее перемещался к равнодушным тополям и плаксивым ивам, картинно выстроившимся по берегу у самой воды. Она миновала строй тополей и пару ив. Походя, кончиками пальцев коснулась угольно черной коры лиственницы, прячущей в своей сердцевине янтарь, а затем свернула в тенистую липовую аллею, упиравшуюся в рощицу из блеклых берез.
В березовой роще прямо перед ней, гордо подняв голову, вышагивал грузный мужчина в парике как на картинах середины восемнадцатого века. Одет он был в ладно сидящий темно зеленый сюртук и красный жилет, снабженные по краям несколькими рядами золотого шитья, рисунок которого состоял из листьев, цветов и трав. Черные ботинки с острыми носами сверху покрывали белые штибельманжеты, плавно переходящие в того же цвета хлопковые штаны. Нежный белый шелковый платок прикрывал полную шею. Глаза из под выгнутых в дугу бровей глядели надменно, но вместе с тем внимательно, прямой нос и гордая осанка выдавали привычку повелевать. Ценитель старины при ходьбе опирался на изящную трость. Катя поравнялась с ним и стала соизмерять свои шаги с мерными ударами острия легкой трости с серебряным набалдашником по поверхности дорожки. Сначала она хотела заговорить с мужчиной, но он всем своим видом показывал, что общаться не настроен. Она смирилась и просто пошла вровень с ним по дорожке. Какое-то время они так и шли – по центру мужчина, справа от него Катя, а слева бесшумно трусили две мышастые левретки. Так вчетвером они сделали почти полный круг по саду против часовой стрелки, то замедляясь, то ускоряясь. К концу путешествия одна из левреток перешла направо и шла бок о бок с девушкой, изредка поглядывая на нее. До ограды примыкающего к саду дворца обе пары дошли уже как старые знакомые, хотя на протяжении всей прогулки не сказали друг другу ни слова. Рядом со стеной из витиеватого чугуна вельможа повернулся к Кате, пристально посмотрел ей в глаза, неожиданно тепло улыбнулся, сказал только одно слово «Пиши!!», затем сделал неопределенный жест, мол «Приятно было познакомиться» и, постепенно истончаясь, зашагал в сторону дворца. Левретки, дружелюбно помахав ей на прощание хвостиками, побежали за хозяином.
Девушка дошла до ближайшей скамейки на берегу пруда и стала лихорадочно обдумывать все сегодняшние встречи, знаки и события. Она была переполнена эмоциями и не могла сразу осознать, что с ней произошло, как можно объяснить произошедшее и к чему эти необычные впечатления могут ее склонить. Одно ей было понятно сразу – то чувство единения с природой, которое она ощутила в центре старого города и встреча с хозяином здешних мест никак не вяжутся с ее заурядным прошлым и рутинным настоящим. Ее прозябание только что закончилось. А что-то иное прямо сейчас ждет ее на пороге. Оно уже тут, надо только осознать его и приложить все возможные усилия. Будущее, полное творческих терзаний, побед и поражений, взлетов к вершинам успеха и общественного признания, обязательно проявит себя. Она решила дойти до своей липы, посидеть у нее еще немного и затем идти домой. Дойдя до дерева, она заметила, что ее забытую под впечатлением от встречи с феями сумку и лежащую на траве книгу никто не тронул. Катя привычно села на подстилку, прислонилась затылком к еще теплому стволу, прикрыла глаза и моментально задремала. Очнулась она от прохладного дуновения вечернего ветерка с пруда. Отряхнув с длинных, до пояса, волос несколько упавших на них бледно желтых цветов, она поднялась, повесила на руку лямку невесомой матерчатой сумки и побежала к метро. Пора было возвращаться в пригород – кормить котов и прочих приживалов.
Стоя на эскалаторе, Катя нащупала на дне сумки случайно оказавшийся там огрызок карандаша. Прямо на форзаце книги скачущим подобно кардиограмме перед сердечным приступом почерком она принялась стремительно накидывать начало романа о студентке медицинского вуза Юлии, поехавшей на отдых в Турцию. Во время экскурсии на развалинах храмового комплекса она видит поодаль от туристического маршрута на склоне горы интересное место с витиеватым старинным деревом, растущим у края подозрительно ровной площадки, на которой как раз может поместиться палатка. Она решает встретить следующий восход солнца в этой романтической локации, занимаясь йогой. За час до рассвета на краю площадки материализуется портал, через портал студентка попадает из начала двадцать первого века в шестидесятые годы Новой эры в провинцию Галатия Римской Империи. Попаданка называется Квинтой Юлией, в результате стечения обстоятельств она оказывается в доме наместника провинции, помогает тому упрочить положение при дворе и благополучно пережить смену императоров. В нее влюбляется как сам наместник, так и его племянник. Каждый из претендентов на сердце магнетически обаятельной черноокой девы имеет свои положительные и отрицательные черты, что затрудняет выбор между ними, а также создает дополнительное напряжение и интригу для впечатлительных читательниц. Квинта Юлия общается с великими поэтами, живописцами, ваятелями, своими руками создает несколько витражей и мозаик. В финальной сцене последней главы книги археологи исследуют сохранившие ее облик скульптурный портрет во дворце и мозаику на полу патрицианской виллы. Портал открывается только раз в год и при определенных условиях, поэтому у девушки не получается сразу попасть обратно.