Я поднялась на трибуну и начала продвигаться по их ряду. Моим планом было подстроить встречу с Кэлом, приземлившись на его колени. Пришло время испачкать руки. Пришло время коснуться его и проследить за реакцией. Я решила попытать судьбу толикой неуклюжести и обаянием хорошей девочки.
Однако всё пошло не совсем по плану. Когда я проходила мимо Паркера, я почувствовала, как выскочила нога, цепляя мою лодыжку, и я отправилась прямиком к Кэлу на колени. Инстинктивно я схватила его за бедра, ударяясь головой о его промежность. Моя правая коленка ударилась о металлическую трибуну с сильным хрустом, и я закричала от боли. Не так я хотела упасть. Я хотела выглядеть мило. А получилось неуклюже и постыдно.
— Ох, ты в порядке? — спросил Кэл, сдерживая смех. Он помог мне встать с его колен, держа меня за руку, пока я благополучно не заняла место рядом с ним.
Я потерла лоб.
— Я не осознавала, насколько грубая ткань у джинсов.
— Дай я посмотрю, — сказал Кэл и убрал мою руку от лица. Он убрал мои волосы в сторону и изучил мой лоб. — Немного красный, но, думаю, ты будешь жить.
— Отлично, — промямлила я.
— Уже второй раз я наблюдал, как ты ударилась лицом, Брук, — произнес Кэл. — Лучше будь внимательной. Не хочется, чтобы повредилось твое хорошенькое личико.
Я усмехнулась.
— Твое колено в порядке? — спросил он, замечая, как я тру его.
— Думаю, да, — ответила я, и наклонилась вперед, чтобы посмотреть вдоль ряда на Паркера.
Он улыбнулся мне самодовольной улыбкой, которая только разожгла праведный гнев. Вполне уместно, подумала я, и пожелала быть крестоносцем, но с настоящими мечом и доспехами. Что бы я делала с мечом? Это просто. Проткнула бы им Паркера. Или, если буду особенно щедрой, может, сделаю несколько рваных ран в разных местах. Я села обратно и покачала головой. Что такого было в этих парнях, что делало меня такой жестокой?
— Ты одна здесь? — спросил Кэл.
— Да, я новенькая, помнишь? — ответила я беззаботно.
— Да, но вроде как уже середина октября. Ты все ещё не завела друзей? — спросил Кэл.
Я ненавидела то, как он со мной говорил. Всегда была скрытая нотка обвинения в его словах. Как тогда, когда пару месяцев назад он спросил меня, больна ли я. Я виновата, что упала в обморок. Виновата, что у меня нет друзей.
Видимо, он забыл, что у меня есть друзья, которых я везла домой после вечеринки Таннера пару месяцев назад. Я сыграла на его забывчивости.
— Трудно завести друзей, когда ты выпускница и при этом новенькая, — сказала я.
Кэл пожал плечами.
— Не пошла со своим отцом?
Итак, он запомнил моего папу. Интересно. Возможно, я произвела большее впечатление на него при регистрации, чем думала раньше. У меня появилась идея.
— Он много работает, и из-за этого я часто одна. Мы с ним не слишком близки.
Я постаралась, чтобы это прозвучало немного жалко. Подумала, что мне не повредит создать впечатление, что я одинокая девушка без настоящей связи с кем-либо. Может, это сделает меня более привлекательной мишенью. Он мог бы осквернить меня, думая, что после всего мне будет не к кому бежать.
Он обнял меня за талию, и я подпрыгнула. Его самоуверенность нервировала меня. С чего он взял, что ему разрешено прикасаться ко мне так небрежно?
— Что ж, я буду твоим другом, Брук, — сказал он, прижимая меня к себе. — У каждого должен быть, по крайней мере, один друг.
—Ты очень великодушен, — ответила я, пытаясь скрыть свой сарказм, но он услышал.
— Я не пытаюсь быть забавным, — сказал он. — Я, правда, хочу быть твоим другом.
Его слова, его поведение — все казалось странным. Внезапно мне захотелось быть дома с папой, смотреть старый телик и говорить о его несуществующей личной жизни.
— Ладно, — это единственное слово, до которого я додумалась. — Так кто твои друзья?
Кэл взглянул на парней, сидящих в длинную линию, они занимали большую часть ряда.
— Ну, ты знаешь Паркера, он там. Вот Майк, Тим, Хантер, а это Аарон, — сказал Кэл, указывая на парня рядом с ним.
— Привет, — сказала я Аарону.
— Как жизнь?
— Вы все из команды пловцов? — спросила я.
— Да, — ответил Аарон. — Откуда знаешь?
— О, я просто предположила. Я знаю, что Кэл плавает. И Паркер тоже, — ответила я.
— Никто из них мне в пометки не годится, — сказал Аарон, а Кэл покачал головой.
— Да пофиг, мужик.