— Ничего, — пробормотал Тим.
— Мелани? Сколько ты выпила? — спросила я.
Она тупо улыбнулась.
— Меня зовут Мелани.
— Я знаю, — ответила я. — Теперь положи руку мне на шею. Мы поможем тебе выбраться отсюда.
— Где я? — спросила она, положив руку на мое плечо.
— В очень плохом месте, — ответила я и метнула на Тима суровый взгляд.
— Какого хрена? — спросил он.
Я не собиралась ничего ему говорить, но не могла держать язык за зубами.
— Очевидно, что она пьяна или что-то в этом роде. Почему ты был на ней?
— Иди на хрен. Как будто ты никогда не напивалась? — спросил он.
Он защищался, стиснув челюсти, готовый причинить вред. Я знала, что пора уходить.
— Давай, Мелани, — сказала я, и Грэтхен помогла мне вывести ее из спальни.
Мы уже дошли до моей машины, когда меня начало трясти. Грэтхен заметила и забрала у меня ключи от машины.
— Я поведу, — сказала она.
Я села сзади с Мелани, пытаясь утешить ее, но я сама была не в порядке. Абсолютный страх. Я никогда не чувствовала его до этого. Я поняла, что все время действовала на чистом адреналине, когда помогла Мелани выйти из дома, и теперь он иссяк, оставив вместо себя панику и ужас.
— Ты в порядке, Брук, — сказала Грэтхен в зеркало заднего вида. — Соберись, и скажи мне, где живет Мелани. Не падай в обморок.
Я приехала подготовленной. Записала в мобильный адреса Мелани и Тэйлор на случай, если мне придется везти их домой, а они будут слишком пьяны или накачаны, чтобы рассказать мне, где живут. Вообще-то я не думала, что до этого дойдет. Что, если бы я ошиблась комнатой? Что, если бы я ворвалась слишком поздно? Что, если бы дверь была заперта? Я задрожала.
— Брук! Ты в порядке? — спросила Грэтхен. — Сделай вдох и скажи мне адрес.
Правильно. Адрес. Я неуклюже вытащила мобильник и нажала неправильные кнопки раз десять, прежде чем появились записи.
— Двадцать шесть пятьдесят Вест Морелэнд-Авеню, — сказала я.
— Конечно, я понятия не имею, где это, черт возьми, — пробормотала Грэтхен и остановилась. Она ввела адрес в свой GPS, затем снова выехала на дорогу.
Дом Мелани был недалеко, но у меня было достаточно времени, чтобы успокоиться и взять под контроль свое состояние. Вместе с Грэтхен я проводила ее до входной двери и позвонила.
Мама Мелани открыла дверь, и у нее перехватило дыхание, когда она увидела, что с ее дочерью.
— Мамочка! — сказала Мелани. — Я так люблю тебя, мамочка!
— Что это? — прошептала мама Мелани.
— Миссис... э.
— Грэхем, — сказала она, отходя в сторону, чтобы впустить нас.
— Миссис Грэхем, мы были на той же вечеринке, что и ваша дочь, — сказала Грэтхен. — Мы не знакомы с Мелани, но увидели, что она сильно пьяна, и решили, что лучше отвезти ее домой.
— Боже мой, — запричитала миссис Грэхем. — Боже мой.
Затем она полностью потеряла над собой контроль и разрыдалась, а мы с Грэтхен уставились друг на друга.
— Хорошо, — сказала я. — Первое, что нужно Мелани, это немного воды и еды. Иди, посмотри, что там на кухне.
Грэтхен кивнула. Мы посадили Мелани на диван, и Грэтхен исчезла.
— Миссис Грэхем, ваш муж здесь? — спросила я. Миссис Грэхем упала в кресло, бесконтрольно рыдая.
— Такие вещи не происходят в нашей семье! — воскликнула она.
— Миссис Грэхем, где ваш муж?
— Мы посещаем мессу каждое воскресенье. Мелани отличница!
— Миссис Грэхем! Где мистер Грэхем? — потребовала я.
— Он в командировке, — плакала она.
— Конечно, он там, — пробормотала я. Теперь я чувствовала себя ответственной, что должна позаботиться об обдолбанной дочери и ее эмоционально обезумевшей матери.
Грэтхен — спасибо Богу за Грэтхен — сделала сэндвич для Мелани и чашку чая для ее мамы. Я задалась вопросом, какого черта она так долго, но была благодарна за чай, потому что это успокоило миссис Грэхем.
— Простите меня, девочки, — сказала она, ее руки тряслись, из-за чего чашка дребезжала.
Я сказала ей не извиняться, и что мы не можем остаться на всю ночь. Я уже почти нарушила комендантский час, а папа и так увеличил его сегодня до половины первого, потому что сходил с ума из-за своего свидания. Я не могла злоупотреблять этим.
Грэтхен пыталась накормить Мелани, которой было больше интересно целовать сэндвич, чем есть его.
— Я люблю тебя, сэндвич, — сказала она. — Ты мой любимый сэндвич.
— Мелани, ты знаешь, что ты выпила? Что приняла? — спросила я.
— Я выпила чашу люююююбви, — ответила она. — Можно мне еще?