13
Рассветало. Потихоньку наступало утро. Из-за деревьев медленно поднималось солнце. Периодически покрикивали уже «вторые» петухи, слышно было, как кудахтали куры. Несколько раз подала свой голос и корова. Отовсюду доносилось пение птиц. Утро было свежее и бодрое.
Через некоторое время вышла во двор и Антонина Васильевна, и обрадовавшись тому, что ребята уже проснулись и даже познакомились с её собаками, а она их звала: Шариком, Дружком и Жулькой, Антонина Васильевна пригласила ребят к себе в дом. За завтраком она стала рассказывать о своей деревне...
Деревня, действительно, оказалась небольшая — всего 14 дворов. До большой деревни, с магазином, было шесть километров, до райцентра — 18, а до города — 70 километров. Два раза в неделю приезжала автолавка с продуктами, так что обеспечение товарами было хорошее, а в райцентре, каждую субботу, устраивался большой рынок. Раз в сутки до города ходил автобус: рано утром — в город, вечером — обратно. Антонина Васильевна рассказывала, что в советское время автобус ходил шесть раз в день, потом — четыре раза, а после развала СССР — только один раз.
В доме Антонины Васильевны было три комнаты. Окна в двух из них выходили и на улицу, и в сад, а окна одной — только в сад. В каждой комнате было по печке. Из всех благ цивилизации было только электричество и очень плохо работающий телефон. Вода — в колодце через дорогу от дома. Туалет был в саду, в конце огорода. Дрова для печек — в лесу, а лес — рядом. Одной стенкой к дому примыкал хлев, в котором и находилась корова, поэтому можно было не выходя на улицу пройти к скотине, которую звали Мартой. Почему? Да просто потому, что в марте месяце родилась!.. Антонина Васильевна говорила, что когда Марта телится, она любит брать телёнка в дом, где на кухни ему отгораживает закуток прямо за печкой. Во дворе дома также находился куриный загон, где было десятка два кур и несколько петухов. Рассказывала, что когда был жив муж — Фёдор, держали ещё и свиней. А когда осталась одна, то пришлось от свиней отказаться, так как с ними тяжелее — им постоянно нужен корм, а корова пасётся всё лето сама. Сено для коровы: часть сама заготавливает, подкашивая на ничейных участках, а часть приходится и покупать. Говорила, что хотела как-то оформить заброшенный участок у них в деревне на себя, чтобы посадить траву для заготовок, но Сельсовет не разрешил. Может быть взятку хотел?! А вообще, и с коровой уже тяжело становится, ведь ей только на зиму три тонны сена надо! Из молока она делает сметану и творог, да и так пьёт — парное.
На огороде у Антонины Васильевны были небольшие теплички для капусты, огурцов и помидор. Говорила, что и помидоры, и огурцы, и капуста, растут хорошо, только если их правильно выращивать: сначала высаживать в теплице, чтобы «удлинить для них лето», а затем, с наступлением тёплой погоды, их пересаживать на грядки, потому что без этой специальной подготовки они не успеют созреть в течении не очень большого лета. Свеклу и морковь можно сеять прямо на грядки и хорошо поливать их водой. Также росла картошка и лук. Опять же, когда был жив муж, выращивали ещё малину, землянику, смородину и крыжовник, но сейчас одной тяжело вести такое хозяйство. Из деревьев в саду были несколько яблонь, две сливы, и три вишни. Антонина Васильевна говорила, что раньше на выходные всегда отправлялась в город — на рынок торговать. Иногда, правда, ездила и в райцентр, но в городе — торговля лучше. Уезжала рано утром, в субботу. Рядом с городским рынком там есть специальная гостиница для тех кто приезжает с дальних деревень, которая осталась ещё с советских времён, и ночь с субботы на воскресенье можно провести там. Вечером, в воскресенье — обратно домой. Но всё это было, когда был жив муж, а теперь и огород, и подсобное хозяйство было только «для себя».