Было непривычно, что холодать по ночам уже стало в конце августа. «В Севастополе в это время ещё ночи тёплые!» - сказала как-то Лена. Ясных, солнечных дней становилось заметно меньше, и всё чаще весь день небо было покрыто серыми тучами. Рано начинало смеркаться, особенно в пасмурный день. Деревья быстро сбрасывали листву — листопад шёл вовсю... Птиц, день за днём, становилось всё меньше и меньше. Погода начинала портиться прямо на глазах: часто шли уже затяжные, осенние дожди, почти всегда сопровождаемые холодным ветром. Дороги превращались в сплошное месиво грязи. А в середине октября пошёл и первый снег, в течение месяца укрыв всё в округе красивым белым покрывалом.
Единственное, что беспокоило Сергея, так это то, что он никак не может сообщить своим родителям, что с ним, чтобы они не волновались. Ведь им наверняка сообщили о его поступке. Но звонить домой по телефону Сергей не хотел, так как боялся, что его домашний телефон могут поставить в милиции на прослушивание. Он хотел передать письмо через проводника какого-нибудь поезда, но только в конце ноября Сергею наконец-то удалось съездить в город на железнодорожный вокзал. Сначала он хотел отдать письмо проводнику московского поезда, и попросить того, чтобы он бросил этот конверт с письмом в почтовый ящик в Москве. Но был приятно удивлён тем, что, как оказалось, в эти края ходит и симферопольский поезд. Правда, не каждый день. Сергей посмотрел в какой день приходит этот поезд из Симферополя и приехал на вокзал повторно, как раз к прибытию поезда с Украины. Увидев симферопольский поезд, Сергей почувствовал, внутри себя какое-то волнение, как-будто сильнее забилось его сердце. Здесь, в тысячах километров от родного дома, от слова «Симферополь» на поезде, веяло чем-то родным и близким. Сергей подошёл к одному из проводников этого поезда и отдав письмо, которое он написал своим родителям, попросил проводника бросить его в почтовый ящик уже в Симферополе. Проводник сначала отнёсся насторожено к Сергею из-за его странной просьбы, и, пощупав конверт своими пальцами, спросил, что находится в письме. Сергей сказал, что там нет ничего запрещённого — это обычное письмо домой, просто по независящим от Сергея причинам, он не может отправить это письмо от сюда, и даже предложил проводнику заглянуть в конверт, если тот боится. Но проводник отказался, кстати, как и от денег, которые Сергей предложил ему за эту небольшую услугу. Наверное, был порядочным человеком. В последствие Сергей ещё несколько раз таким способом отправлял письма домой.
В декабре Сергей и Лена собрались уезжать. Потому что, как они сказали, фаза активного поиска уже давно завершена, да и время уже прошло достаточно, и про них наверняка уже забыли, так как у милиции полно новых дел. Они рассчитывали передвигаться на товарных поездах, уговаривая машинистов взять их с собой. Главное, как они думали, взять с собой побольше еды. Но Антонина Васильевна предложила им остаться так как во первых зима вся впереди и неизвестно что там в пути ещё будет. А во вторых можно заниматься хозяйством и за год, за два хорошо заработать на продаже овощей и фруктов, творога и сметаны. Потом просто купить новые документы и нормально доехать до дому. Ребята подумали и согласились, решив для себя, что уедут в конце следующего лета. Но свои коррективы в их планы внесла человеческая природа... Антонина Васильевна, которую ребята называли уже просто тётей Тоней, готовила обед.
-
Я, наверное, беременна! - тихо сказала Лена, подойдя к ней.
-
С чего ты взяла? - вопросительно посмотрела на неё тетя Тоня.
-
Месячные прекратились, живот периодически болит! - спокойно ответила Лена.
-
А он знает? - Антонина Васильевна кивнула головой в сторону, намекая на Сергея.
-
Нет ещё! - покачала головой Лена.
-
Бедное дитя! - вздохнула Антонина Васильевна, обняв Лену. - Ничего: всё будет хорошо! Здесь родишь! Меня мать тоже без всяких роддомов рожала, и всё было нормально! А будут деньги и документы ребёночку справим! Только бы торговалось хорошо!