Да лучше «гнать», чем быть «гонимым»! - также с иронией ответил ефрейтор, расстёгивая сумку и собираясь вытряхнуть оттуда все вещи на пол.
Два блока «MARLBORO» возьми! - кивая головой на сигареты в сумке, всё также с ухмылкой, сказал зэк.
В сумке у осужденного действительно, среди прочих вещей, находилось несколько блоков импортных сигарет.
-
И блок «CAMEL»! - тут же отозвался ефрейтор, доставая из сумки осужденного три блока сигарет.
-
Обкуришься, начальник! - ухмыльнулся зэк.
-
А ты что — Минздрав, что ли! - также с наглой улыбкой переспросил ефрейтор, подойдя к осужденному и ощупывая своими руками его карманы. - Всё — свободен!
Зэк взял сумку и вышел из камеры.
-
Лёха, в четвёртую их! Из пятой — следующий! - старший сержант обратился к младшему сержанту.
Закрыв в четвёртой камере первого осужденного, младший сержант выпустил из пятой камеры второго зэка, и тот, как и первый, быстро, со своими вещами, отправился для досмотра в «тройник».
Многие зэки «откупались» от процедуры полного досмотра: кто, также, как и первый — сигаретами, кто — новой кожаной курткой или джинсами, кто — хорошей обувью, кто-то ещё чем-то, среди того, что удалось «отмести»17 конвоирам оказался даже двухкассетный магнитофон «SONY». Солдат-ефрейтор улыбался, понимая, что с пустыми руками он с этого караула точно не придёт!.. Правда, у некоторых осужденных не нашлось ничего, чем можно было бы откупится, и им пришлось проходить не очень приятную процедуру полного раздевания и приседания, пока один конвоир, вытряхнув все вещи осужденного из сумки на пол, рассматривал их, а другой конвоир, шов за швом ощупывал всю одежду зэка.
***
Тем временем Седов с Егоровым зашли в небольшое помещение с обшарпанными стенами и деревянным полом. За двумя из четырёх находящихся там столов уже сидели офицеры и заполняли журналы. Ещё двое офицеров стояли рядом и разговаривали. За стеклом, на котором большими буквами было написано: «ДЕЖУРНАЯ ЧАСТЬ» располагался ещё один стол дежурного на котором находились три телефона, а также несколько каких-то папок и журналов со служебной документацией.
-
Николаич! Сколько лет, сколько зим? Ты ещё в армии? У тебя же уже: «Сто лет – в обед!» Уже яйца седые! – с улыбкой произнёс полный офицер, с круглым лицом и небольшими усиками, в звании майора, у которого на левой руке была красная повязка со словом «Дежурный», когда Седов и Егоров вошли в диспетчерскую.
-
Как задница поседеет, так сразу и уволюсь! – отшутился Седов, здороваясь за руку вместе с Егоровым со всеми присутствующими в диспетчерской , и садясь за свободный стол.
-
У тебя же, вроде, выслуга уже есть ! – продолжал доставать Седова, дежурный офицер.
-
Какой! – возмутился Седов. – Мне ещё четыре года видеть эти гнусные хари!
-
А мне кто-то говорил, что у тебя уже есть выслуга, и ты специально рапорт командующему писал, чтобы тебе срок службы продлили! – не унимался майор.
-
Николаич – вечен! Как египетские пирамиды! – встрял в разговор молодой лейтенант, заполняющий журнал за соседним столом.
-
Чего не сделаешь для любимой Родины! – иронично произнёс Седов, желая закончить этот бессмысленный разговор.
Закончив оформление осужденных, Седов, взяв мешок с делами и попрощавшись со всеми, вышел из диспетчерской и осмотрелся по сторонам. Приём осужденных и в другие спецвагоны уже заканчивался. Потихоньку умолкал лай собак и крики конвоиров. Возле одного из пустых автозаков стояли и о чём-то разговаривали два конвоира, а возле них мирно лежала служебная овчарка. Некоторые автозаки разворачивались и уезжали, а за спецвагонами уже прибыл тепловоз. Поздоровавшись за руки, мимо Седова прошли в диспетчерскую два офицера.
-
Старцев! – позвал он старшего сержанта, который в этом карауле был у него помощником.
Сергей стоял возле спецвагона вместе с рядовыми Мизиным и Ткачоми о чём-то с ними разговаривал.
-
Я! - отозвался тот и, сказав Мизину и Ткачу чтобы те уже поднимались в вагонзак, подбежал к Седову.
-
Досмотр провели? - поинтересовался старший прапорщик.
-
Так точно! - ответил старший сержант. - Всё нормально!
-
А, что с тобой, Сергей? – заметив изменения в лице своего помощника, спросил Седов.
-
Со мной? Ничего! – пытался уклониться от разговора Сергей.