Я поклонился отцам города и быстро прошел мимо. Настоящих хозяев этой горной страны среди них не было. Ни горных князей, ни губернатора, который лежал дома с дипломатическим радикулитом, ни господина Джа Дина, сенатора от округа Танги, который выехал на своей машине к таиландской границе…
Я вошел в кабинет губернатора — теперь мой кабинет. За столом сидел капитан Боро. Капитан вскочил, не скрывая радости по поводу моего появления — теперь он мог снять с себя ответственность.
— Как ваше здоровье, господин майор? — осведомился он.
Голова у меня кружилась, рука ныла, и я ответил:
— Не будем говорить о моем здоровье. Вы выпустили политических заключенных?
— Я ждал официального подтверждения, господин майор. Ведь у меня было лишь ваше устное указание, а депеши из центра на этот счет я еще не получил. Кроме того, для меня неясен вопрос, кого мы будем относить к этой категории. У меня в тюрьме три коммуниста… — тут он достал листок бумажки, чтобы не перепутать, — красного флага, то есть пекинской ориентации, и шесть коммунистов желтого флага, то есть русско-вьетнамской ориентации, шесть контрабандистов, которые утверждают, что занимались этим делом ради освобождения народа фен, а также три участника позавчерашней демонстрации в поддержку Джа Ролака.
— Пускай пока сидят, — сказал я, — подождем инструкций.
В открытое окно влетали воинственные фразы песни, которую распевали экстремисты.
— А с ними что делать? — спросил Боро.
— Пускай пока попоют, — сказал я. — Принесите мне списки должностных лиц. А вы пока подумайте, кто может временно заменить гражданского губернатора.
— Может, бургомистр? — спросил Боро неуверенно.
Я согласился и выпил стакан воды, услужливо поданный капитаном.
ТЕЛЕГРАММА
ТАНГИ ЭКСЕЛЬСИОР ДИРЕКТОРУ МАТУРУ СРОЧНО 12 МАРТА ПРИНЯТА 9 ЧАСОВ 6 МИНУТ ИЗ ЛИГОНА
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ТРЕБУЮТ НАЛИЧИЯ СВОБОДНЫХ СРЕДСТВ КАЖДЫЙ БЬЯ НА СЧЕТУ НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕВОЗМОЖНО СОГЛАСИТЬСЯ НА ДЕСЯТЬ ПРОЦЕНТОВ МИНИМУМ ПЯТНАДЦАТЬ
Лигон. Рейтер. 12 марта. По сообщениям из Куала-Лумпура, военное правительство Лигона натолкнулось на упорное сопротивление в южной провинции, возглавляемое бежавшим туда министром внутренних дел Лигонской Республики. Вчера вечером к его частям присоединился прорвавшийся из Лигона батальон особой полиции. Сопротивление на юге может быть поддержано выступлениями северных горных князей. Представитель Министерства иностранных дел Великобритании на пресс-конференции в Лондоне заявил, что в свете возникших осложнений в Лигоне правительство Ее Величества воздерживается от признания де-факто Временного революционного комитета.
ТЕЛЕГРАММА
ЛИГОН СЕРЕБРЯНАЯ ДОЛИНА 18 ГОСПОДИНУ СААДУ
СКОРБЛЮ БЕССЕРДЕЧИЕМ БЛИЖАЙШЕГО ДРУГА И РОДСТВЕННИКА СОГЛАСЕН ПЯТНАДЦАТЬ ПРОЦЕНТОВ
В час ночи, когда мы собирались спать, появился присланный комендантом техник Фен Ла. Появился узнать, что за помощь нам нужна, и остался до утра.
Этот парень, Фен Ла, оказался горцем из племени фен, которое живет по берегам озера Линили, ловит рыбу, разводит чай на склонах холмов и не подчиняется князьям. Но главное в нем то, что он псих по части техники. Он ведь зашел на минутку, договориться. При виде наших приборов в глазах у него возник хищный блеск, и Отар сказал мне: «Это наш человек. Мы его увезем к нам в институт». Конечно, Отар шутил, но в институт его взять было бы не грех. Бывает же у человека призвание, как у скрипача. А ведь этот Фен из племени фенов до десяти лет не видел ни одной машины сложнее велосипеда. Зато, когда попал в город, начал мучиться неутолимой страстью к винтам, гайкам и триодам. Вспольный, когда сунулся к нам на рассвете, решил, что это мы с Отаром такие сознательные, ночей не спим, трудимся. Не станешь же объяснять нашему Пиквику, что в этой компании самый сознательный — это взъерошенный и недокормленный представитель развивающихся стран, а вовсе не посланцы страны почти победившего социализма. Правоверный Пиквик в такую крамолу не поверит. А нам неловко было идти спать, когда господин техник Фен Ла золотыми руками спасает свою страну от стихийных бедствий.