— Хочешь сказать, что это похоже на биде? — Она посмотрела на унитаз. — Где находится насадка, из которой подается вода?
— Вода? Женщина, ты говоришь загадками. Мы не используем воду в камере для мытья. Мы не застряли в тёмных временах, когда технологии еще не появились.
— Нет, но ты застрял в женоненавистническом мышлении, которое мы, так называемые варвары, преодолели десятилетия назад.
— У женщин есть свое место. Обычно они голые и в моей постели.
— Твоей матери, должно быть, очень стыдно за твою жизненную позицию.
— Моя мать воспитала её во мне. А теперь хватит разговоров. Ты делаешь это нарочно, чтобы избежать моего приказа. Отправляйся в очистительную установку, чтобы мы могли избавиться от твоей земной скверны.
— Есть что-нибудь, что избавит тебя от высокомерия? — пробормотала она себе под нос.
Он все равно услышал и рассмеялся.
— Нет.
Учитывая, что она была почти раздета, плюс его убежденность в том, что на ней были микробы, возможно следует разрешить дезинфекцию. Из прочитанных книг она знала, что на самом деле это было довольно стандартно. Она зашла в кабинку, которая была похожа на разновидность душа. Осмотрелась и заметила, что в нем не хватает нескольких элементов, таких как слив, насадка для душа и ручки.
— Как мне это включить?
— Ты сняла не всю одежду.
Она повернулась, чтобы взглянуть на него, и заметила, что он прислонился к стене, его глаза горели, когда он смотрел на нее.
— Перестань командовать и позволь мне оставить нижнее белье. Пожалуйста.
Потому что ей действительно было неудобно обнажаться, даже если ему, казалось, нравились ее соблазнительные формы.
Его ноздри раздулись в ответ на ее просьбу.
— И что ты мне дашь, если я соглашусь?
Он хотел оплату? Конечно, он хотел. Он пират. Но что у нее было ценного, что можно было бы продать?
— Как насчет поцелуя?
Звук, который он издал, был чем-то между презрением и весельем.
— Я могу получить его, когда захочу.
— Возьмёшь, верно, а если я подарю тебе один?
— Ты думаешь твой поцелуй настолько ценен?
— Почему бы тебе самому не узнать? — Она постаралась одарить его своей самой кокетливой улыбкой.
Должно быть сработало, потому что он подошел ближе, его высокая фигура возвышалась над ней.
— Давай посмотрим, что за сделку ты предлагаешь.
Его слова вызвали нервную дрожь. Бриджит облизнула губы, не зная, что делать дальше. Когда он целовал ее, она с растворялась в его объятиях, довольная тем, что позволяла ему управлять моментом. Теперь он ожидал, что она поразит его.
Ох.
«Я могу это сделать».
Она положила ладони на его горячую верхнюю часть тела. Расстегнутая рубашка, которую он носил, была шелковистой на ощупь под ладонями. Хотелось осмелиться прикоснуться к его соблазнительному телу, но она еще не достигла такого уровня наглости. Она приподнялась на цыпочки, только чтобы понять, что он слишком высок.
— Ты можешь наклониться?
— Хочешь, чтобы я помогал тебе? — Он приподнял бровь, но согласился, наклонившись так, чтобы его рот был в пределах досягаемости.
О боже.
Она прижалась губами к его губам. Ток. Казалось, что этот контакт всегда вызывал в ней электрический разряд.
— Это все? — пробормотал он ей в губы, когда она не пошевелилась.
Она действительно сомневалась в своем здравомыслии, когда предложила ему поцелуй. Что на нее нашло?
Страсть.
Желание заставило ее заговорить. Желание заставило обхватить его руками, открыть рот и втянуть его нижнюю губу. Чистое, расплавленное желание превратило её в дерзкую бесстыдницу, которая излила всё своё безумное влечение к этому парню в обжигающем поцелуе.
Она посасывала его плоть. Позволила своему языку танцевать вдоль его языка. Даже храбро попробовала острые кончики его зубов. Ее тело прижалось к нему, а руки, эти ее непослушные руки, скользнули с безопасной ткани на кожу, скрывавшуюся под ней. Исследовали ладонями твердые выступы, проводя ногтями по коже.
Низкое рычание завибрировало напротив её губ, прежде чем его руки обхватили ее за талию и приподняли. Он прижал ее к стене, твердое бедро вжалось между ее бедрами, прижимаясь к ее лону. Ее руки скользнули вверх, чтобы погладить широкие плечи, и впились в мускулы, когда поцелуй стал неистовым, а их горячее дыхание слилось в одно.
Он приподнял ее выше, заставляя раздвинуть ноги, потираясь своим возбуждением об неё, его твердый член, возможно и был скрыт штанами, но это совершенно не помогало.