— Ты только что назвал меня глупой? — Бриджит поднялась с его коленей и встала перед ним, в ее напряженной позе ясно читалось негодование. — И я не его партнерша по постели.
— Это говорит женщина, одетая в костюм из борделя.
Быстрый поворот показал, что он недостаточно быстро спрятал улыбку. Она ткнула пальцем в его сторону.
— Я знала, что это необычная одежда. Ты одел меня как шлюху.
— Нет, ты оделась сама. Я просто предоставил это
— Семантика. Я требую, чтобы ты предоставила мне подходящую одежду.
— Или что? — сказал он, наклоняясь вперед, с явным вызовом в голосе и взгляде.
— Или я пойду найду твоего друга и спрошу, не хочет ли он взять меня с собой в эту поездку. Может, я ему понравлюсь настолько, что он сделает предложение.
— Никогда! — Слишком поздно он вспомнил, что его мать видит, что происходит. — Я имею в виду, что Зора не интересуют женщины с твоими качествами. Ты просто разозлишь его своим предложением.
— Если она находит Зора привлекательным, то думаю, женщине стоит попробовать. Я знаю, что его мать больше всего хочет, чтобы у него появились наследники, поскольку ее второй сын, к сожалению, оказался неуклюжим на поле боя и превратился в слюнявого идиота.
— Зор не сможет себе ее позволить. — Яма, которую он вырыл своими словами, казалась бездонной, а расчет в глазах его матери вызывал беспокойство. Ему нужно было покончить с этим сейчас. — Я решил, что она будет продана на рынке обсидиана. Женщина с ее качествами будет иметь там высокую цену.
— Какие качества? У нее простые волосы, ничем не примечательные черты лица, и она немного старше, чем обычно ищут.
Прежде чем Фир успел бы в очередной раз сказать какую-нибудь глупость, например «У этой женщины чудесные шелковистые волосы, завораживающие глаза в обрамлении густых ресниц и…» Да, его мать была права. Старая. Простушка. Ничего такого, чего он хотел или в чем нуждался.
— Сука. — Бриджит ударила по подлокотнику. Экран внезапно погас.
Он моргнул.
— Ты сбросила звонок моей матери.
— И я грязно обозвала её. Что, должна добавить, она полностью заслужила. Я начинаю понимать, почему у тебя возникли проблемы.
— Но откуда ты знаешь, как отключить канал связи?
Она закатила глаза.
— Может, я и человек, но, алё, мигающая красная кнопка с надписью «входящая связь» выдает с головой. Кстати, ты не сказал мне, что чип для понимания языков также включает в себя письменность.
— Моя мама будет крайне недовольна твоей дерзостью.
— Твоя мама может поцеловать меня в задницу. — Она прикрыла рот рукой. — Мне жаль. Это было действительно грубо.
— А повесить трубку — не было?
— Я думаю, что это было довольно сдержанно с моей стороны, учитывая, что она назвала меня старой, тупой и скучной.
Что-то заставило его сказать:
— Даже близко не правда. — Вероятно, то же самое, что заставило его поцеловать ее. Обхватив ладонями ее лицо, он завладел ее ртом, уступая своему неистовому желанию заявить на нее свои права.
Бриджит, казалось, была полна решимости потребовать их обратно, поскольку посасывала его нижнюю губу и издавала нежные звуки поощрения. Она также обняла его за плечи и повернулась у него на коленях, чтобы он мог лучше дотянуться до ее рта.
Немного поерзав на своем большом сиденье, ему удалось усадить ее верхом на себя, короткая юбка ее наряда задралась, а влажное лоно прижалось к нему. Очевидность ее возбуждения только усилила его собственное. Ее удовольствие возбуждало его. Это вызвало у него желание поэкспериментировать.
Он приказал ей:
— Откинься назад. — Положив одну руку ей на талию, он мог удержать ее от падения.
Опершись руками о подлокотники, она сделала, как он просил, и новый угол обзора позволил ему взглянуть на ее холмик.
Воздух наполнился ароматом ее возбуждения, и у него потекли слюнки. Странно. Он был не из тех, кто наслаждается своими партнерами по соитию. Свободной рукой он исследовал ее киску, кончиком пальца касаясь влажных нижних губ, которые охраняли вход в ее лоно.
Дрожь пробежала по ее телу, и она застонала.
— Если ты остановишься, я убью тебя.
Ее угроза заставила его усмехнуться. Как будто она могла причинить ему вред. И все же он не мог сдержать трепета от того, что смог так возбудить ее. Тем не менее, это не означало, что он спустит ей с рук ее дерзкие слова.
— Здесь все контролирую я, женщина. Не ты.
К счастью для нее, Фир не собирался останавливаться. Он надавил пальцем на ее приглашающую промежность, чувствуя, как горячая плоть обхватывает его палец. Протолкнулся глубже, и теснота ее влагалища заставила его возбудиться.