Стоит ли разъяснять, что ничего подобного нам ожидать не приходится? И что будет с деньгами пенсионеров, если случится очередной дефолт? Все заранее известно: деньги номинально сохранятся, но существенно потеряют в своей покупательной способности. Кто за это будет отвечать? Разумеется, никто.
Сторонники экономоцентристского подхода к государству и экономике от такого прогноза вовсе не расстроятся:
«Что ж, — скажут они, — надо признать, что пенсионеров, конечно, слегка одурачат; естественно, и коррупция в системе привлечения/размещения пенсионных средств разовьется до невиданных масштабов (а то сейчас она в государственном пенсионном фонде как будто бы чем-то сдерживается!), но, тем не менее, для экономики это будет благо: пусть принудительно, но норма сбережений повысится; на финансовом рынке появятся действительно сравнительно дешевые деньги, которые вполне могут быть направлены на инвестиции в развитие; кроме того, это может вынудить и Центробанк пойти на существенное понижение ставки рефинансирования, что в свою очередь приведет к снижению и банковской кредитной ставки, росту деловой активности и т.п.»
Что ж, все это верно, но лишь отчасти. Дело в том, что появление на нашем рынке дешевых денег само по себе автоматически еще вовсе не приведет к их направлению в реальный сектор экономики. По той простой причине, что прибыльность в реальном секторе сравнительно невелика, а риски — те же, что и в бизнесах, существенно более рентабельных, а то и выше — вследствие длительного периода окупаемости проектов, слишком опасного в условиях нестабильности прав собственности и прочих наших реалиях. В то же время возможность взяв деньги под какой-либо проект в реальном секторе экономики затем путем несложных «проводок», а точнее, финансовых махинаций перевести их в сектор торгово-финансовый, финансово-спекулятивный или вообще за рубеж — большой проблемы в наших условиях не составляет. Даже если контроль за деятельностью фондов в этой части и будет обеспечен, то направление денег за рубеж, во-первых, признают все-таки не самым страшным преступлением перед пенсионерами (если даже наш Центробанк держит значительную часть золотовалютных резервов страны за рубежом, так как это надежнее, то пенсионным фондам это делать — сам Бог велел...); и, во-вторых, скорее всего, этот контроль у нас, как всегда, окажется не подкреплен соответствующими санкциями за нарушения и механизмами их применения...
Что же касается воздействия появления дешевых денег на рынке на всю финансово-кредитную систему, в том числе на ставку рефинансирования Центробанка, то не исключен и эффект обратный. Да, дешевые деньги появятся, но, в отличие от ситуации массового прихода на наш рынок зарубежных банков, деньги частных пенсионных фондов появятся на свободном рынке в весьма ограниченном количестве. Если бы политика Центробанка и Правительства была направлена на предоставление реальному сектору экономики возможностей для развития, то и в целом условия для ведения бизнеса были бы другими, и ставка рефинансирования Центробанка уже сейчас была бы иной. Если же стоит задача умерщвления всего, что дышит слишком самостоятельно, а также дальнейшего передела собственности в пользу близких к власти, то чем хуже условия для честного ведения бизнеса, тем лучше — тем дешевле можно скупить лакомые куски и проще обанкротить особо несговорчивых... Соответственно, «стерилизовать» излишние инвестиционные средства на рынке для Центробанка и Правительства большого труда не составит.
Таким образом, в условиях, когда рыба ищет где глубже, а деньги — где лучше (а у нас — явно не лучше), и к тому же нет порядка, минимально необходимого для того, чтобы государство могло направить деньги куда-либо целенаправленно, остается единственный способ стимулирования инвестиций — через создание спроса на продукцию, которую по тем или иным объективным или субъективным причинам можно произвести только на нашей территории.
В принципе в мире уже давно признается, что поощрение инвестиций через прямое обеспечение или стимулирование спроса на соответствующие продукцию и услуги является весьма эффективным. Один из наиболее ярких и известных примеров — масштабные государственные оборонные и иные заказы, связанные с крупными государственными программами, в странах Запада, в частности в США. Если есть долгосрочный заказ, а значит, и гарантированный платежеспособный спрос, то это, естественно, обеспечивает мощный приток частных инвестиций в самые передовые отрасли экономики.