- Не стоит, любимая, это Майя, она даже не бывшая.
- По ней не скажешь, мы явно испортили девушке вечер.
- Забудь, пойдем домой.
Переплетя свои пальцы с ее, он чуть быстрее приличного двинулся в сторону дома, силясь поймать снова этот блаженный морок спокойствия.
Возвращение
Он стоял у двери в подъезд Майи, не решаясь нажать "колокольчик" на клавиатуре домофона. Совершенно не понимая, о чем конкретно хочет спросить уже и без того измученную им девушку, он почти на автопилоте прибежал сюда уже на следующий день после работы, соврав Ладе о вечернем совещании. Видеть любимую перед этим визитом было однозначно нельзя: мгновенно передумает, все отменит и забудет. Нет, пока свежи еще воспоминания о вчерашних ощущениях, нужно разобраться и в себе, и, уже, наконец, с Майей.
Шаг сделан: электронный "колокольчик" противно проверещал пару секунд, а следом открылась дверь. Надо же, даже не спросила, кто там. Видимо, все слишком очевидно. Ему не было страшно: Майе он доверял, своему сердцу – тоже. Ее мнение было важно выслушать, но он очень сомневался, что какие-то доводы заставят его расстаться с Ладой. Тем не менее, наверх пошел пешком, чтобы чуть собраться с мыслями и морально подготовиться.
Майя уже ждала его у двери. Выглядела очень взволнованной, будто едва держала себя в руках.
- Пришел все-таки. Не выдержал. Ругаться или любопытничать?
- Майя, о чем ты, какие ссоры? Я услышал от тебя, близкого человека, фразу, которая, как я думаю, имеет под собой обоснования. Я пришел спросить тебя, что это значит? Что ты видишь в Ладе?
- Значит, и самому рядом с ней неспокойно, раз задумался.
- Давай сначала ты расскажешь, а потом уже я решу, как и в какой последовательности доносить до тебя.
- Хорошо, договорились. Но, думаю, я не скажу тебе ничего нового, ты и сам должен понимать, с кем ты рядом. Во-первых, я пару раз встречала эту девушку на улице. В первый раз – в день, когда ты попал в больницу после аварии. Она выглядела … я не смогу это описать, ты решишь, что я рехнулась с горя. Я точно знаю, что это была она, у меня отличная память на лица. Но у нее был совсем другой взгляд. Нет, не сумасшедший или что-то в этом роде. У нее какого цвета сейчас глаза? Зеленые ведь?
- Зеленые…
- А тогда были ярко-изумрудные и сверкали нечеловеческим, животным блеском. И одета она была странно, будто несколько месяцев на улице прожила. Она шла по тропинке в сквере рядом с моим домом, будто не понимала, куда идет. Я хотела предложить ей помощь, с девушкой же явно что-то не так. Но вдруг она исчезла, в воздухе растворилась. Знаешь, я тогда решила, что у меня из-за переживаний видения начались, ну или концентрация внимания пострадала.
- В тот день, когда меня утром сбила машина?...
- Именно, это было вечером, я в магазин вышла недалеко от дома. А второй раз был как раз, насколько я осведомлена, незадолго перед тем, как вы с ней познакомились. Она сидела на лавочке в том же сквере с кофе в руках, выглядела уже совсем иначе, ну как сейчас: стильная, ухоженная, в твоем вкусе. Я шла мимо и сразу почему-то узнала ее. А она мне улыбнулась, будто мы знакомы, понимающе улыбнулась. И лишь на мгновение – опять на ее лице эти глаза. Ну явно же никто вокруг этого не видел, вокруг нее бы толпа зевак собралась, ходи она постоянно с таким лицом! И вот вчера ты с ней… Я когда вас вместе увидела, меня паника накрыла, не совпадение это, Андрей, точно нет. Что-то происходит, я не понимаю, что, но опять на мгновение и у нее, и у тебя такие глаза. Словно она в тебя впиталась. Через секунду уже отпустило, но ты же понимаешь… Нет, не понимаешь. Сейчас в дурку позвонишь, ты же такой влюбленный, а я тебе ужастики рассказываю как помешанная… Андрей, что с тобой?
Это произошло почти мгновенно. «Спрятанная» в глубинах памяти история вдруг разорвала свою хрупкую тюрьму и набросилась на него, ослабшего, отвыкшего от ее осознания. Задыхаясь, он присел на диван и пытался смириться с тем, что до него внезапно дошло, что свалилось на него и, похоже, доломало окончательно. Да, забыть и затолкать под диван изначально было так себе идеей. Эта мысли лениво доползла до него и обвилась вокруг шеи, пытаясь задушить.