Узнав о складывающемся положении, Линк отдал распоряжение на охрану хранителя и его семьи, которую вскоре сняли за ненадобностью. Айрон переговорил со своими людьми, и все нападки были пресечены. На всех трёх землях жизни хранителей были приравнены к жизням вождей и были неприкосновенны. Даже жизнь такого хранителя как Марий.
***
Покинув побережье северного материка Урсул вернулся к своему пленнику. Он подобрал довольно удачное укрытие на побережье. Это был небольшой зелёный мыс с удобным спуском к воде. От материка «бугорок» наглухо отделялся непроходимой чащей и болотом. Но всё же оставляя мальчишку даже ненадолго, Урсул волей-неволей переживал. Юнец был связан и легко мог стать добычей для случайно забредшего в те края хищника.
Причалив к пустынному побережью, Урсул спешно покинул батискаф и спустя несколько минут пересёк тонкую полоску леса и вышел на поляну. Костёр, предусмотрительно оставленный им перед уходом, ещё не успел догореть, а молодой пленник, кажется, спал. Родан действительно спал, но, как и положено воину очень чутко. Едва Урсул подошёл ближе боец проснулся и в тот же миг попытался выполнить подсечку, очевидно спросонья забыв о своём положении.
– Лежи смирно, – невольно улыбнулся Урсул его попытке. – Я отправил сигнал, так что за тобой сейчас приедут. А мне пора. Ни к чему мне встречаться с твоими бойцами.
Отправив сигнал, Урсул скрылся в лесу, но уехать не спешил. Очень ему хотелось посмотреть, сколько людей приедет за своим вождём. Его батискаф был в шаговой доступности, так что уйти он всегда успеет. Но его ждало разочарование. Спустя несколько минут к берегу причалил всего один батискаф.
Прежде чем сойти на берег прибывший боец активировал браслет и детально изучил территорию. Затем снял устройство и спрятал в карман. Покинув батискаф, он поспешил к месту, где на браслете Мария был зафиксирован сигнал вызова. Выйдя из леса, на небольшой поляне он заметил лежащего, связанного Родана. Немного помешкав, боец приблизился и разрезал верёвки.
– Добрит, – сразу признал Родан своего бойца.
Воин помог начальнику встать. К удивлению Родана у него получилось устоять на ногах, несмотря на страшную ломоту во всём теле. Возможно, положение его было бы гораздо хуже, если бы он постоянно не переворачивался с места на место.
– Ты что один приехал? – спросил Родан, растирая затёкшие конечности.
Молодой вождь был разочарован сильнее Урсула. Он рассчитывал увидеть если не отца, то хотя бы Дароса.
– Нет. Отряд сейчас прочёсывает лес в ваших поисках. Мне повезло первому выйти на вас.
– Нужно собрать отряд и проверить побережье. Где-то недалеко должен стоять батискаф изгнанника. Возможно, удастся изловить Урсула. Где твой браслет? – заметил Родан отсутствие артефакта.
– Я оставил его в батискафе, – виновато произнёс Добрит. – Но часть отряда осталась на побережье рядом с батискафами. Здесь недалеко. Мы скоро выйдем прямо к ним.
Добрит повёл Родана в лес в сторону противоположную от побережья. Молодой вождь более двух суток пролежал связанным и сейчас еле шевели руками и ногами, но его бойца это нисколько не заботило. Он торопливо рвался вперёд, не замечая трудностей своего начальника. Вскоре Родан стал отставать и время от времени терять из вида своего проводника. Пару раз он окликнул Добрита, но ответа не получил, видимо воин не слышал его.
Спустя несколько минут Родан выбрался к небольшой прогалине. Ему показалось, что за деревьями с другой стороны промелькнул силуэт Добрита. Молодой вождь бросился вдогонку через полянку, но буквально через несколько шагов почва внезапно ушла у него из-под ног, и Родан погрузился по пояс в плотную жижу.
– Добрит! На помощь!
Но в ответ тишина.
– Добрит! – отчаянно крикнул Родан.
Немного выждав, Родан окончательно убедился, что боец его не слышит.
Родан неоднократно изучал архивные документы и конечно знал как необходимо действовать в такой ситуации. Но сейчас мозг был чист и на ум не приходило ни одного дельного совета. Единственное что он хорошо помнил это то, что нельзя паниковать, но как раз этого он и не мог обеспечить. Медленно погружаясь и стараясь не совершать резких движений Родан чувствовал как его охватывает настоящий ужас.