Наверное, поэтому я испытывала легкую зависть. Сестре, несомненно, повезло, но ведь и я имела право на праздник. Поэтому, не особо задумываясь, села в кресло и попробовала чай, принесенный другой служанкой для Беатрис.
- Ух ты! Беата, а он вкусный!
- Оставь эти плебейские выражения. Лучше посмотри на меня.
Я немного смутилась, но решила не сдавать позиций.
- Ты сегодня такая занудная! Улыбнись! – я подала ей пример доброй, невинной улыбкой.
- И оставь в покое мой чай.
Объяснять ей, что чай нужен мне не для баловства, а для пробуждения, было излишним. Все равно Беатрис не поверила в то, что мне по ночам снятся кошмары… настолько жуткие, что я даже вспоминать не хочу некоторые детали.
- Не ругайся, сестра. Ты отлично выглядишь! – воскликнула я, посмотрев на нее снова.
- Правда? Разве мне не в бежевом лучше?
- Даже не переживай. Ты такая… красивая, милая, невинная!
- Ты можешь тоже такой стать, если сменишь ярко-красный хитон на… что-то поскромнее.
Ну вот опять она… Между нами всегда стоит эта невидимая грань. Беатрис старше и пытается заменить мне строгую мать, а я вижу в ней сестру и подругу.
- Не будь занудой. Лучше пойдем к братьям в столовую. Они ждут тебя. Хотят поздравить.
Кэм с Томасом точно хотят, а вот Оливер…
У Беатрис изменилось выражение лица – она словно прочла мои тайные мысли. Или мы обе подумали про Оливера, который мечтал видеть Беатрис женой какого-нибудь благородного западника.
Что касается меня…
Позже я говорила себе, что надо было отговаривать сестру от поездки в монастырь и обучению магии всеми возможными силами. Но пока шагала рядом с ней – счастливая, довольная, мечтательная.
Глава 2
Все собравшиеся за столом были одеты в белое с золотом.
До того, как нашего отца казнили за убийство мамы, подарившая нам жизни Роза Холт всегда надевала на праздники белое с зеленым, подчеркивая свою незримую и незаконную принадлежность к дому листара Эртона. В этот раз его заставили надеть меня, потому что других светлых туник и тог в моей одежде не оказалось.
Не к добру это. Остается только не верить
Разговор о доверии к родственникам за праздничным столом получился коротким и нейтральным, хотя я в глубине души ожидала со страхом ругани и скандалов. Но Оливер решил не портить день рождения Беатрис. Он посетовал на ее легкомыслие и разрешил отправиться учиться. После чего вручил ей подарок от всех нас – шкатулку из слоновой кости. В ней лежали красивые украшения из золота – в знак того, что она унаследовала от мамы дар золотоискателя. Покойная Роза Холт была незаконнорожденной дочкой западного листара, но знали об этом только некоторые.
- Открой шкатулку в своих покоях вечером, - посоветовал старший брат.
Беатрис согласно кивнула.
Мы ждали праздничного завтрака, но мне было не по себе. В воздухе повисло напряжение – Оливер что-то не договаривал. Беатрис тоже волновалась. Он только что холодно отчитал сестру за дерзкую выходку, но скрепя сердце согласился отвезти ее туда.
- Я не могу молчать, - наконец произнес Оливер с легкой досадой. – У меня к вам несколько новостей. Не знаю, порадуют они вас или огорчат, но вам придется с этим смириться.
Кэмерон нетерпеливо заерзал, напрягся, даже задел мой стул. Но я не обиделась. Ему всего двенадцать, иногда он слишком волнуется, и похож этим на меня. Оливеру не нравилась эта наша черта характера, и он говорил, что Шелтоны должны быть серьезнее.
Конечно. Обязательно. Я с трудом сдержала звонкий, заливистый смех.
Да, Шелтоны. Да, серьезнее.
Отличительная черта Шелтонов – у них всегда много сыновей. А еще мы белокожи, темнокудры, зеленоглазы, и попадаем в разные интересные передряги.
Оливер тоже не заметил беспокойства Кэмерона, хотя обычно отчитывал его за это. Лицо брата сияло торжеством и радостью.
- Первое. Я предложил руку и сердце молодой Мии Холт.
Вот это известия! Наш строгий брат приведет в дом невесту!