Желая еще немного испытать Лару, я спрашиваю:
— Если бы я тебя отпустил, ты бы побежала обратно к Мазуру?
Светлое лицо Лары бледнеет, ее глаза кажутся вдвое больше. Ее дыхание учащается, пока не превращаются в короткие порывы воздуха.
Ее реакция говорит мне все, что мне нужно знать. Она не может вернуться, потому что он, вероятно, убьет ее.
Блять, эта женщина не представляет для меня никакой ценности. Она ничего не знает.
Я собираю патроны с подлокотника и медленно вставляю каждый обратно в обойму. Когда обойма со щелчком встает на место в пистолете, Лара закрывает глаза. Видимая дрожь пробегает по ней, ее страх ощутимо витает в воздухе.
— У тебя нет ни документов, ни вещей, и тебе некуда идти.
Медленно ее глаза открываются. Они снова тусклые и пустые.
Она думает, что я собираюсь убить ее, и уже мысленно отключается.
Поднимаясь на ноги, я подхожу ближе. Я поднимаю пистолет, направляя ствол на нее.
— Дай мне причину не убивать тебя.
Она поднимает подбородок, и ее взгляд встречается с моим.
— Я хорошая горничная.
— У меня уже есть домработница.
Совершенно напуганная, она шепчет:
— Я никому не расскажу о вас.
— Это не тот шанс, которым я готов воспользоваться.
Ее плечи горбятся, как будто она пытается сделать себя меньшей мишенью, затем женщина удивляет меня, когда опускается на колени.
Передо мной никогда никто не преклонял колени. Никто не прожил достаточно долго, чтобы молить о пощаде.
— Пожалуйста. — Слово натянуто из-за непролитых слез, но ее щеки остаются сухими. — Я буду работать очень усердно.
Низе не помешает помощь, и если Мазур узнает, что Лара у меня, это может разозлить его настолько, что он свяжется со мной. Я знаю, что мне бы не понравилось, если бы у него был один из моих сотрудников.
Пряча пистолет за спину, я разворачиваюсь и иду к двери, говоря при этом.
— Ты начнешь завтра. Ты будешь делать в точности то, что скажет Низа. Нарушишь любое из правил, и второго шанса у тебя не будет.
Я открываю дверь и оглядываюсь на Лару, которая смотрит на меня в полном шоке.
— Ни при каких обстоятельствах тебе не разрешается входить в восточное крыло дома. Наказанием будет смерть.
Все еще стоя на коленях, она почтительно бормочет:
— Да, сэр.
Выходя из спальни, я останавливаюсь, чтобы поговорить с Муратом.
— С завтрашнего дня Лара начнет помогать Низе Ханым. Ты должен постоянно присматривать за ней. Переведи ее в комнату рядом с комнатой Низы Ханым. Ей запрещено приближаться к восточному крылу. Я не хочу никаких контактов между моей бабушкой и этой женщиной.
— Evet.
Только время покажет, правильно ли я поступил, сохранив Ларе жизнь.
Глава 9
ЛАРА
Все еще не придя в себя от стопроцентной уверенности в том, что Габриэль не собирается меня убивать, я опускаюсь на задницу.
Что только что произошло?
Я обнимаю рукой свою нежную талию, мое дыхание становится слишком быстрым, сердце колотится о ребра.
Боже, это было близко.
Задыхаясь, я пытаюсь осознать тот факт, что я буду работать на Габриэля.
Это выход. По крайней мере, я жива.
Я буду усердно работать, чтобы он не пожалел, что пощадил меня.
Пока что здесь все по-другому. Они кормят меня три раза в день, в то время как мы только ужинали у Тимона.
Габриэль страшен как черт. С Тимоном я, по крайней мере, знала, когда ожидать пощечины, взбучки, сломанной руки или ребер.
Я в замешательстве, пытаюсь держать под контролем свои эмоции, пока еще не зажили огнестрельные раны и удары плетью по спине.
Все изменилось. Меня забросили в мир, где я не знаю правил.
Мурат, человек, который охранял меня, входит в комнату. Я быстро поднимаюсь на ноги, длинное платье колышется вокруг моих ног. Я никогда не надевала ничего более яркого.
Когда Мурат идет прямо на меня, я отступаю назад, пока не натыкаюсь на прикроватный столик.
— Расслабься, я сниму кандалы, — бормочет он.
Остерегаясь любых его резких движений, я наблюдаю, как он приседает передо мной и отстегивает кандалы. Металл спадает с моей лодыжки.
Прежде чем эта мысль может прийти мне в голову, он говорит:
— Если ты попытаешься убежать, я пристрелю тебя. Просто делай, как тебе говорят, и с тобой все будет в порядке.
Я быстро киваю, пока он снова выпрямляется.
Мурат смотрит мне в глаза.
— Я буду следить за каждым твоим движением, так что ничего не предпринимай.