Но все остальное было гребаным дерьмовым шоу. После того, как я сказал ей не путать свои эмоции, отвергнутое выражение ее лица мне не понравилось.
Мой взгляд останавливается на Ларе, которая ест так быстро, что у нее обязательно случится несварение желудка.
— Притормози, Лара, — приказываю я, мой тон резок.
Она с трудом проглатывает кусок и, опустив голову, послушно бормочет:
— Да, сэр.
Христос всемогущий.
Отбрасывая салфетку, я встаю и обхожу стол. Я беру Лару за руку, поднимаю ее и тащу за собой.
— Что я пропустила? — Спрашивает Низа, когда мы выходим из столовой.
— Молчи и ешь, — доносится нам вслед голос Babaanne.
Я тащу Лару в кабинет и закрываю за нами дверь, прежде чем повернуться к ней лицом. Ее широко раскрытые глаза смотрят на меня.
— Прошлой ночью все пошло не так, — говорю я. — Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя отвергнутой.
Она кивает, все ее внимание приковано ко мне.
Я выдыхаю и отпускаю ее руку. Снова встречаясь с ней взглядом, я продолжаю:
— Ты вольна чувствовать все, что захочешь.
Ее язык высовывается, чтобы облизать губы.
— Просто чтобы убедиться, что у меня не будет неприятностей, это нормально, что ты мне нравишься?
Ее вопрос задевает мое сердце.
— Да, Лара. Ты чувствуешь все, что хочешь. Просто убедись, что это не по неправильным причинам.
— Хорошо. — Уголок ее рта приподнимается. — Спасибо.
— Иисус, не благодари меня, — бормочу я. Я беру ее за плечи и притягиваю к своей груди. Крепко обнимая ее, прижимаюсь ртом к ее волосам и закрываю глаза.
Она чувствуется так чертовски хорошо.
Я не знаю, как Ларе это удалось, но она обвела меня вокруг своего пальца.
Я начинаю чувствовать к ней то, чего не чувствовал уже очень давно. Защиту к кому-то, кто не является семьей.
Одержимость, которая заставляет меня эгоистично требовать ее невинности.
Я хочу, чтобы эта женщина подчинялась только мне. Я хочу, чтобы она жила, удовлетворяя каждое мое желание. Я хочу доминировать над ней.
Это полный пиздец.
Мои руки сжимаются вокруг нее, когда я глубоко вдыхаю ее свежий аромат.
Когда я встретил Лару, она определенно не была самой красивой женщиной. Но за последние полтора месяца все изменилось. Чем больше я узнавал ее, тем ярче проявлялась ее красота.
У нее нулевой опыт. Она совсем не похожа на светских львиц, с которыми я встречался в прошлом. Но у нее золотое сердце, и ее внутренняя красота просвечивается насквозь. Она освежает, и я не могу остановить растущую во мне потребность обладать ею.
Ее невинность чертовски опьяняет, и это начинает сводить меня с ума.
Притормози. Тебе нужно подумать об этом.
Отпуская ее, я отодвигаюсь на некоторое расстояние между нами, затем бормочу:
— Иди доедай свой завтрак.
Я жду, когда она уйдет, затем закрываю за ней дверь.
Разочарованно вздыхая, я подхожу к окну. Я скрещиваю руки на груди и, не обращая внимания ни на какой пейзаж заднего двора, начинаю анализировать свои чувства.
То, что я считал состраданием, превратилось во что-то другое.
Это ее чистое сердце и гребаная невинность.
Господи, это заставляет меня хотеть вытянуть из нее каждую каплю подчинения, чтобы я мог проглотить это. Лара пробуждает мою доминирующую сторону к жизни так, как ничто другое ранее не способно было сделать.
Так что же ты собираешься делать? Одним щелчком пальцев она может опуститься на колени у твоих ног.
Это не то, чего я хочу.
Я не хочу, чтобы она ублажала меня из страха. Это ничего не даст мне.
Мне нужна ее готовность.
Я хочу, чтобы она таяла под моими прикосновениями и искала силы в моих объятиях.
И на все это потребуется время.
Во-первых, она должна быть готова, и я понятия не имею, сколько времени это займет.
А пока мне придется набраться терпения, и я буду подбадривать ее при любой возможности, чтобы для нее это было как можно более естественно.
Так ты действительно это делаешь? Ты преследуешь Лару?
Я издаю невеселый смешок, думая, что у меня нет особого выбора в этом вопросе.
Сердце хочет того, чего хочет сердце.
Глава 27
ЛАРА
После моей болезни и напряженных разговоров с Габриэлем все вроде бы успокоилось.
Прошла неделя с тех пор, как он разрешил мне испытывать к нему влечение, но я его почти не видела.
Каждый день Низа учит меня что-нибудь мастерить, а после обеда я либо сижу и вяжу с Алией Ханым, либо мы гуляем по саду.
Я больше не спешу убирать дом как можно быстрее, но уделяю время каждой комнате.