-Ничего малыш, я тебе дам всё что захочешь. Сделаю счастливой. Один потащу все на себе, за нас двоих. Ты потом поймешь. И глупо упрямиться, глупо сопротивляться, очень глупо. И вот он я такой сильный, а спятил из - за тебя, ничего не могу сделать. Спать не в состоянии, делаю ошибку за ошибкой, и не остановиться. Не переболеть. Водку пил, даже дурь пробовал, но забыться получается ненадолго. И это страшно. Тебя нет, а вокруг чернота и внутри чернота. А вот ты рядом, а легче не становиться. Гадостно знать, что я тебе чужим стал. Совсем свихнулся. Спать не могу, убить блядь готов, что бы ты мне просто улыбнулась. И ни черта не получается.
Я лежу, позволяя ему говорить, пусть выговорится, может вот так в кромешной темноте и тишине он способен открыться.
-Пытаюсь себя переключить, думаю всё хватит, а тебя вижу и каша вместо мозгов. В тряпку превращаюсь, бери, выкручивай. Ты и выкручиваешь, в такой узел, что дышать не могу. На полном серьёзе, воздуха не хватает, в груди больно. Ты ж мне душу одним взглядом вынимаешь. Я же отомстить хотел. Думал разыщу, и все, устрою вам обоим веселуху.
-И не смог. Тебе лично еще в машине хотел причинить боль, и тут всё внутри перевернулось. Смотрю на тебя...А ты нежная, хрупкая такая, беззащитная. И я понял, что не смогу обидеть, просто пальцем тронуть не смогу.
В ту секунду, когда Сергей укачивал меня. И его горячий шепот был пропитанный туманной болью и длинной вязью цепочек слов, каждая из которых кричала о любви, о желании быть рядом. Единственное о чём я могла думать...Это о том, что растворяюсь в нём без остатка, и больше не существую отдельно от него. Всё это время, я не жила, а существовала без него, а мои чувства стали льдом. Тут лежа в объятьях Сергея я осознала, что, когда истинно любишь - ненавидеть гораздо хуже и больнее, в десятки раз, ибо предательство любимого способно выжечь душу до тла. Но я молчала, не шевелилась, горло перехватило, подступившим спазмом. Я боялась, не сумею сдержаться и выдам собственные эмоции. А их было много, очень много.
Под его тихие слова я снова погрузилась в сон.
Проснулась я в спальне одна.
Часть 54
Двери лифта разъехались в стороны, и Валентин выскочил на парковку. Прохладный весенний воздух слегка остудил его горящее лицо. Он остановился, в растерянности оглядываясь по сторонам.
- Тома!
Глупо кричать сейчас, но он попытался. Хоть какой-то выброс эмоций. Сзади маячил охранник, нервировал еще больше.
-Как ты мог ее упустить? Валентин матерился и орал.
Мужчина облокотился одной рукой о капот чьего-то автомобиля. Он тяжело дышал, потому что до этого бежал по лестнице. Гнев накатывал на него новой волной. Тома пропала в течении тридцати минут. Гребанных полчаса. Ровно столько он разговаривал с поставщиком. Сначала ему пришла в голову мысль, что она злится и ушла. Но потом понял, что такое поведение не присуще Томе. Девушка никогда не делала спонтанных поступков, ни разу не пыталась играть не его чувствах. Или вообще играть. И когда его люди дважды прочесали зал, где проходил прием, холодное понимание накрыло его. Он был уверен, что за этим стоял Сергей.
Как пощечина, за пару дней до свадьбы, сделать из него посмешище. Появилось острое желание убить его. Мальчишке конец. Раздавит как крысу, и никто ему не помешает.
Позже они отсмотрели камеры. Так как и Даневич предполагал, ее схватили у бара. Судя по тому, что Седой нес на себе девушку, она находилась в обморочном состоянии. Действовал парень не сам, бритоголовый прикрывал его в зале, а третий ждал за рулем внедорожника. Последнее видео было снято на подземной стоянке. Номера машины не удалось пробить, значит они были фальшивыми.
Он обратился к охраннику
- У тебя ровно сорок минут, чтобы выяснить все про машину и этих троих. - голос Валентина сейчас сочился горечью и ядом.
Мужчина кивнул и удалился.
А сам Даневич, минут десять сидел в полном шоке, тупо уставившись на монитор. Пытаясь осмыслить случившееся, не понимая, как такое могло произойти сейчас. Он чувствовал, что испытывает неописуемый прилив ярости. Если бы он встретил сейчас этого мальчишку он выстрелил ему в лоб, не колеблясь. Тамара принадлежала ему, это его женщина, а значит его собственность. Он заявил об этом в уважаемом обществе, приведя девчонку туда. Поставив ее рядом с собой на равных в качестве будущей жены.
Но и это было не самым болезненным ударом. Еще раньше, проанализировать их союз и свое отношение к Тамаре, он понял нехитрую истину.
При любых обстоятельства, он не готов выкинуть девушку, просто отодвинуть, заменить другой. Он видел ее безразличие, ее холодность по отношению к будущему мужу. И каждый раз Даневич с решительностью пытался завоевать ее интерес. И проигрывал эту битву. Это заводило. Валентин распалялся - она холодела и тем распаляла еще больше. Первая женщина, с которой было не просто, и именно она подарила ощущение жизни и остроту восприятия. Его чувства становились все более глубоким и пронизывающим, одуряющими. Ловелас, который впервые влюбился. Что может быть смешнее.