Доминик поднялся и никем не замеченный побрел вверх по течению речки. Добравшись до глубокого места, он снял с себя одежду и вошел в воду. Искупавшись, Фейн оделся, вынул их ножен свою шпагу и, разглядывая ее поблескивавший под лунным светом клинок, задумался о Лоуренсе Темплкомбе. Последние несколько дней он подолгу фехтовал с Барнабасом Пайком и убедился, что шпагой владеет не хуже, чем до ранения.
Возвращаясь обратно в лагерь, Фейн услышал слабый стон и, повернув голову, увидел лежавшую под ивой Верити. Она спала, положив голову на покрытый мхом пенек. Он замер, затем медленно подошел к ней. Как только его тень упала рядом с ней, девушка тихо вскрикнула, но, разглядев в темноте лицо Доминика, тотчас успокоилась.
— Что с вами? — тихо спросил ее Фейн. — Вы заболели?
Верити помотала головой.
— Нет, — ответила она, — я не заболела. Но… Я так устала… — Девушка жалобно посмотрела на него. — Доминик, я так устала. Мне кажется, мы зря едем.
Он нахмурился:
— Через день мы уже будем на месте, и вашим мучениям придет конец. Я же говорил вам. Забыли?
— Нет, не забыла. Когда вы мне это сказали, я была готова смеяться от радости. А потом… потом мне стало очень тревожно.
Фейн опустился перед ней на одно колено.
— Доминик, — продолжала Верити, — неужели вы не понимаете, что мы зря отправились в эту поездку?
— Что за шутки! — воскликнул он. — И вы это говорите, когда до дома Темплкомба осталось не более десяти миль?
— До его дома — да! Но будет ли он там? Не уехал ли он в Лондон, когда узнал, что меня похитили?
Верити почувствовала, как напрягся Доминик.
— Ведь это очевидно. Разве не так? А мы оба об этом даже и не подумали.
Фейн понимал, что девушка права, и потому молчал. Он взялся сопровождать Верити только потому, что она должна была вывести его на сэра Темплкомба, и наверняка застал бы его в Сомерсете, если бы они добирались туда прямой дорогой. Но теперь шансов встретиться с ним лицом к лицу у Фейна практически не было. Скорее всего, тот, с кем он так жаждал расквитаться, уже несколько недель находился в Лондоне.
— Я не смогу попасть к нему в дом, если его там нет, — говорила мисс Холланд. — Никто из его слуг меня не знает. Поверят ли они мне, если я представлюсь им невестой сэра Лоуренса? Вы бы мне поверили, если бы всего не знали?
«Слуги Темплкомба ее не видели, но зато наверняка запомнили меня, — подумал Фейн. — Если их хозяин отсутствует, то они сделают все, чтобы не впустить нас в дом».
— Это моя вина, — продолжила девушка. — Одно несчастье за другим. И все из-за моей беспечности. Боже, какая я все-таки глупая! После того как вы поправились и у нас были деньги, нам следовало сразу же направиться в Герфордшир, а не в Сомерсет. Там, в Герфордшире, у меня дом, слуги, надежные друзья…
Голос ее снова дрогнул, но она сдержала себя и не заплакала.
— Мой дом! — с тоской произнесла Верити. — Боже мой, увижу ли я его?
— Крепитесь, — сказал ей Доминик. — Ведь осталось совсем немного. Вы совершенно правы. Но я знаю, что нам делать. Прежде всего мы должны выяснить, где сейчас ваш жених. И в этом нам поможет Барнабас. В Шере должны знать, у себя сэр Лоуренс или нет. Если он в Лондоне, то мы попросим передать ему, что вы в Шере, и подождем его в каком-нибудь удаленном от города домике или на ферме. Там никто не узнает, кто вы.
— Но у нас не осталось денег, — задумчиво произнесла девушка. — Кто же нас пустит к себе бесплатно?
— Я найду себе работу, — ответил Доминик. — Скоро начнется сбор урожая, и на фермах потребуются батраки.
Верити с недоверием посмотрела на него. Она не могла понять, шутит он или говорит всерьез.
— А вы уже работали батраком? — спросила девушка.
— Еще как! — усмехнувшись, ответил Фейн. — Больше, чем вы служанкой. Ведь до того, как пойти в солдаты, я работал на ферме.
— Работали на ферме? — удивленно переспросила Верити. — Вы? Шутите! Вы никогда не говорили мне, что родом из крестьян.
Доминик замер, держа ее за запястье. Его взгляд был устремлен на серебрившуюся под луной гладь реки, а на лице лежала печать глубокой тоски. Девушка была поражена — она впервые видела таким Фейна.
— Да, не говорил, — ответил он. — До того, как стать крестьянином, я был господином.
В порыве сострадания Верити положила другую руку ему на плечо.
— Кем бы вы ни были, крестьянином или солдатом, вы навсегда останетесь моим другом, — тихо произнесла она. — Поначалу я вас боялась и вам не доверяла, но теперь поняла, что ошиблась. За последние недели я в этом убедилась.