— Типичная женщина, — попытался подразнить я. Но попытка не оказалась успешной, так как мой голос все еще был груб от адреналина и медленно рассеивающейся ярости. А вот моя женщина не позволила своему голосу дрожать.
— Продолжай. Слушай, а тебе серьезно не было любопытно, почему куча — целая куча, Арох — драгоценностей, — ее голос был пронзительным и странно напряженным, будто вид безделушек, ожидающих пока их возьмут, причинял ей боль, — находятся в заброшенной пещере? Ну же! Словно это пещера Аладдина или пиратская мечта. Просто куча сокровищ! Просто лежат тут! С ума сойти!
Хоть слова Энджи и были странными, но я понял смысл.
— Это самый старый трюк.
— И, как я понимаю, он сработал. — Принцесса поджала свои губы. — Там, откуда я родом, это была бы чертовски хорошая находка. Как я понимаю, такие камни здесь не редкость?
Покачав головой, я ответил:
— На самом деле, редкость. То, чем они тебя провоцировали, стоит целое состояние.
Энджи присвистнула.
— Довольно большой риск. А если бы мне удалось прикарманить немного?
— Они бы были вне себя от радости, — проворчал я.
— Ха.
Хобсы внимательно слушали нас, а затем высокий подошел ближе.
— Для нас будет честью, если ты примешь их, принцесса.
Второй поднял сумку, но не закрыл ее. Тусклый свет отражался в блестящей, сияющей, сверкающей массе, и тогда я понял, почему женщины никогда не могли побороть это притяжение. Я сильнее стиснул Энджи в своих объятиях.
— А? — Энджи достала одну руку из-под моей и пошевелила крошечным пальцем возле своего уха. Затем принцесса слегка стукнула по переводчику. — Должно быть я ослышалась.
Я обхватил ладонью ее пальчики, чтобы Энджи больше не могла терзать свое ухо. Она подарила мне кривую нежную улыбку.
Хобс снисходительно ухмыльнулся. Затем они толкнули сумку в сторону принцессы. Я почувствовал, как немного расслабился, когда Энджи повернулась в моих руках и сжала кулачки за своей спиной в пространстве, которое было между нашими телами.
— Вау. Они прекрасны. Но… нет, спасибо. Я не могу их принять.
Мужчины были удручены.
Но отказ не отпугнул их. Вероятно, это произошло потому, что они практиковались к такому нежному отказу в одном из своих упражнений по сценарию ухаживания или чем там занимаются хобсы в Академии. Я скривил губы…
— Тогда мы продолжим ухаживать за тобой, принцесса. — Хобсы поклонились.
Энджи издала тревожный звук, будто ее горло сжалось.
— Чт… что?
Один хобс вытащил камень, который был почти такой же большой, как ладонь мужчины.
— У тебя есть предпочтения по цвету? — Он приподнял бровь. А затем ухмыльнулся. — Или по размерам?
Я напрягся. Как он посмел…
— Ммм… — Энджи бросила на меня очень беспокойный, очень смущенный взгляд. — Почему они навязывают мне эти блестяшки?
Мои губы скривились.
— Эти новички использовали все свои скопленные монеты, чтобы купить брачные побрякушки. Мужчины, которые собрали лучшие драгоценности… и самые большие камни, — усмехнулся я, думая о множестве камней, которыми была забита сумка хобсов, — скорее всего, заслужат благосклонность женщины.
Хобс тихо пробормотал своему спутнику:
— Новички? Новички!
— О, это… это… очень лестно…, — тихо закончила Энджи. — А теперь мы можем выбраться из пещеры?
— Все, что пожелаешь. — Самец терпеливо положил камень обратно в сумку.
— Ракхии. — Мрачный хобс окинул меня холодным оценивающим взглядом. — А как ты планировал защитить ее во время своих боев на гладиаторской арене?
Я стиснул зубы настолько сильно, что они заскрипели.
На лице хобса отразилась насмешка, пока его глаза блуждали по моей немного растрепанной Энджи. Меня обожгло осознание, что я не мог предложить принцессе тот уровень заботы, который она заслуживала.
— Не могу передать тебе, как мы рады, что груфала, которую ты «охранял», сохранилась немного лучше, чем твой коммуникатор.
Когда на концах моих шипов снова показался яд, то Энджи положила свою маленькую ладошку на мое предплечье, задержав меня ровно настолько, чтобы второй хобс успел принять решение, что ему стоило сыграть роль миротворца. Кивнув, мужчина тихо произнес:
— Мы узнали, что ты предлагаешь бой взамен на услугу, позволяющую вам подняться на шаттл.
— Да, — прошипел я.
— Мы готовы предоставить тебе проход на корабль в награду за то, что ты сохранял груфалу… в безопасности… здесь, пока мы не прибыли.
Я ринулся вперед. Я оказался на хобсе раньше, чем он успел среагировать, вжимая его с помощью своего веса в рыхлую грязь. Я не был уверен, что сделал бы с ним, если бы не заметил краем глаза движение второго хобса. Вместо того, чтобы помочь своему приятелю, мужчина привлек мое внимание, напав на Энджи. Блестящая игра. Он не был глуп.