Когда Энджи воскликнула, ее голос звучал сломлено и на грани срыва:
— О чем ты вообще говоришь!
Я осторожно схватил ее за подбородок. Когда я наклонил голову принцессы, слезы скопились в уголках ее глаз и начали катиться по щекам. Я зашептал:
— Груфал заставляют присутствовать во время разбирательств. В качестве свидетелей в суд приглашаются все люди.
— Это просто ужасно!
— Это пример для подражания. Урок. Напоминание другим груфалам, чтобы они не проявляли благосклонность к определенному мужчине, напоминание хобсам, чтобы они держали под строгим контролем стражей принцессы — ракхии. И это напоминание ракхии. Видеть, как унижают гордого мужчину, знать, что его семья опозорена и наказана, понимать, что они никогда, никогда не захотят, чтобы это случилось с ними. Ни одна груфала не пожелает взять их к себе на службу. — Я прижал Энджи к себе, с помощью ладони склонив ее голову к своей шее. — А для груфалы это величайшая трагедия. — Руки Энджи заскользили по моей груди. — Сильнейший инстинкт спаренного ракхии заключается в том, чтобы защищать его груфалу. Тем не менее, привязавшись к ней, он, в конечном счете, причиняет немыслимый ущерб. Для всех. Но особенно для нее. Если у принцессы останется крепкая связь с хобсами, — если вообще останется хоть один выживший хобс — то она еще сможет оправиться. Но многие так и не приходят в себя. Энджи… — Мой голос сорвался. — Они умирают.
Я крепче обнял принцессу, и она всхлипнула. Обернув руки вокруг моей шеи, Энджи разрыдалась. Я сел, поудобнее устроил принцессу на своих коленях и начал гладить ее спину.
Свет, льющийся из коридора, внезапно исказился, отбрасывая тень в форме когтя и края сложенного крыла. К комнате подошел Дохрэйн, чтобы проверить Энджи.
Следующее действие с моей стороны было совершенно спонтанным. Я убрал ладонь с кожи Энджи на достаточно долгое время, чтобы нажать кнопку, которая закрывала дверь. В этот момент меня осенило, что я только что сделал.
Снова.
— В чем дело? — Голос Энджи звучал приглушенно, вероятно потому, что ее нос был забит, а не из-за того, что я нежно прижимал девушку к своей чешуе.
— Дохрэйн ждет тебя. В коридоре. Я закрыл перед ним дверь, но… я… Энджи, ты должна завязать с ним отношения. А после…
Энджи схватила меня за один рог и начала трясти, заставляя мою голову качаться из стороны в сторону.
— Нет никаких «после»! — Она отпустила рог, тяжело дыша. Я мог только ошеломленно смотреть на нее. — Я — не груфала. Я — человек. А раз я не одна из них, то не имею никакого отношения к их планете, к их законам и к их убеждениям. Тебя они тоже не касаются. Ты связан со мной, не так ли?
Я сглотнул.
— Да.
— А я связана с тобой!
Мое сердце воспарило.
Какое-то мгновение мы просто смотрели друг другу в глаза. А затем Энджи положила обе ладони на мою грудь и сдвинула ноги по обеим сторонам от моих коленей так, чтобы она могла заставить меня откинуться на спину. Мои рога уткнулись в матрас. Принцесса проползла по моему телу и поцеловала меня в губы.
Я поцеловал ее в ответ.
Моя женщина.
Мой человек. Самый страстный.
Глава 27
ЭНДЖИ
Я проснулась от голода.
При пробуждении я заметила, что вновь нахожусь под одеялом, которое могло превращаться в платье. Оно оказалось достаточно большим, чтобы укрыть нас обоих. Арох действовал очень аккуратно, пока натягивал на нас одеяло. Наблюдать за происходящим было увлекательно, будто это какая-то церемония. Может и так.
Я разместила руку — ту, которая ранее была сжата в ладони Ароха — на его плече. Он даже не пошевелился.
Я мысленно ухмыльнулась. Мне удалось истощить гигантского инопланетянина. Мне.
Во время лучшего секса в моей жизни.
Я закрыла глаза и кое-что вспомнила из произошедшего. Вау. Я глубоко вдохнула и заметила, что его сексуальный аромат стал более сильным. А от меня пахло так же, как от него.
Бесплатные духи. Или одеколон… Как угодно. Восхитительно.
Это не походило ни на один запах, который я знала на Земле. Аромат был таким мужским и насыщенным, вызывая во мне желание целый день оставаться в постели, наслаждаясь им. Скорее всего, это происходило из-за каких-то инопланетных феромонов. А еще я испытывала… ГОЛОД. Мне нужно было пересилить себя и добыть еду.
Я наклонилась, припав губами к его чешуе, а затем убрала со своей шеи руку Ароха, которая крепко ее держала.
Даже во сне он не желал отпускать меня.