Но теперь отчего так ныло сердце, отчего то и дело по лицу пробегала мрачная гримаса? Она больше не была влюбчивой девочкой-подростком. Теперь Изольда — взрослая двадцатилетняя женщина, многое понявшая в жизни за последние годы. Желая взять себя в руки, она попыталась разобраться в чувствах, которые бушевали у нее в груди. Во-первых, она была сердита на отца, который пытался так неудачно, с ее точки зрения, выдать дочь замуж. Во-вторых, ей было до слез обидно, что ее не взяли в Лондон на коронацию. Тем не менее ее увлечение странствующим менестрелем нельзя было объяснить лишь двумя этими причинами. Нахмурившись и упершись подбородком в ладонь, она начала размышлять о подлинных причинах ее душевной тревоги.
Перед ее глазами вновь возник Ривиус — молодой, высокий, статный. Очень привлекательная картина. Итак, ее очаровала его внешность. Кроме того, он был поэтом — качество, которое ей не встречалось ни у одного из ее обожателей. Рыцари, которые пытались завоевать ее расположение, говорили главным образом о лошадях, турнирах, охоте и еще о политике. Да, все они упражнялись в военных забавах, тогда как Ривиус предпочитал игру на гитаре и пение.
Она вздохнула, ее взгляд случайно упал на гитару, лежавшую на кровати. Какие чарующие звуки он извлекал из этого инструмента вчера вечером, а как пел! Казалось, его глубокий сильный голос до сих пор звучит в ее ушах. Взглянув правде в глаза, Изольда ясно поняла, в чем секрет его привлекательности: мужчина был красив и талантлив, его музыкальность в сочетании с обаянием произвела на дочь лорда неожиданно потрясающий эффект. С момента их первой встречи, как только ее глаза встретились с его глазами, между ними возникла незримая прочная нить, которая связала их воедино. Было такое ощущение, что они давным-давно знакомы, как будто их вместе свела сама судьба. По крайней мере так могла сказать Изольда о себе. Но что думал по этому поводу Ривиус, об этом, к сожалению, ей не было ничего известно. Чего бы она ни дала за возможность хотя бы на один миг проникнуть в его мысли и чувства, подсмотреть, что творится в его сердце…
Изольда опять вздохнула. Ее, как обычно, поджидали повседневные дела, но ей почему-то все стало безразлично. Жизнь в замке, как бы она ни старалась что-либо в ней изменить или улучшить, катится по накатанной колее. Она почти не сомневалась, что работы, которые она считала важными, будут выполнены и без ее вмешательства. Фреска с изображением распятия, наверное, уже высохла, а ее бесконечные неотложные распоряжения — это все рутина, призванная всего лишь подчеркнуть роль «хозяйки».
Она опять скользнула взглядом по гитаре — а почему бы ей не взять ее с собой и не сбежать из замка на берег моря? На побережье ей никто не будет мешать, кроме того, там она будет в полной безопасности под защитой грозных крепостных стен. К тому времени, когда Ривиус вернется в замок, она кое-чему обязательно научится и порадует его — если не успехами, то по крайней мере прилежанием.
Изольда соскочила с постели, схватила гитару и устремилась вниз, отгоняя от себя мысли, где сейчас находятся Ривиус и Эмельда и чем они занимаются. Она незаметно прошмыгнула через залы замка, пересекла двор и через задние ворота вышла прямо на берег моря. Никто из стражников не остановил ее, потому что северная стена замка, выходившая прямо на безбрежный простор, считалась безопасной.
Морской ветер набросился на нее, обдал водяной пылью, запахом соли и морских водорослей. Она не спеша шла по вырубленным в скале ступенькам, придерживаясь одной рукой за веревку, своеобразные перила каменной лестницы. Внизу та упиралась в скалистый берег, местами покрытый грубым песком. Неподалеку виднелись три вытащенные на берег рыбацкие лодки. Вдали раскачивалась на волнах — то вверх, то вниз — четвертая, двое рыбаков вынимали из воды сети с выловленной рыбой. На побережье не было никого, кто бы мог помешать Изольде побыть в одиночестве.
Она оглянулась на замок: не следит ли за ней какой-нибудь бдительный охранник? Хотя над стеной не виднелась ни одна голова стражника, Изольда решила на всякий случай укрыться от посторонних взглядов за остроконечным валуном, немного выступавшим в море. В детстве она часто пряталась здесь в укромной впадине, представляя вздымающийся над ней скалистый гребень то морским чудовищем, то плывущим кораблем, то сказочным драконом. Вот и сегодня она хотела отгородиться от мира, чтобы побыть наедине с собой. Изольда хотела представить себя не дочерью лорда, а простой сельской девушкой — независимой, свободной в своем выборе, которая сама решает, кого ей полюбить.