ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Ничто не могло удивить Летти больше, чем появление Дэвида субботним июньским днем у дверей ее магазина в великолепном автомобиле Моррис Оксфорд. Ошеломленная, она разглядывала сверкающую на солнце черную полировку, а Дэвид хвастливо, как школьник, улыбался ей из машины.
– Отец сделал меня партнером по бизнесу, и мы решили отметить это событие. Сто восемьдесят шиллингов. Прямо из автосалона. Тебе нравится?
Растроганный ее искренним изумлением, он, казалось, молодел на глазах: сейчас ему никто не дал бы тридцати четырех.
– О Дэвид, это замечательно! Ты никогда не говорил… что станешь партнером. И это… это замечательно! И машина! – Она заглянула внутрь. – Это просто удивительно!
– Мы можем прокатиться, – сказал он, оборвав ее бессвязную речь. – Я могу отвезти тебя к Лавинии и Альберту и заодно показать машину.
Она растерянно посмотрела на него.
– Но уже поздно…
Винни и Альберт переехали в Уолтамстоу в новый дом с большими окнами и садом, почти как у Люси.
С тремя мальчиками – маленькому Артуру скоро будет два – им, конечно, нужен был дом побольше. Но Уолтамстоу! Благодаря сестрам, Летти по крайней мере могла задирать голову, нанося, пусть и нечастые, визиты родителям Дэвида, которые все еще неодобрительно смотрели на ее дружбу с их сыном.
Новый дом Винни, как и старый, казался недостаточно большим для трех буйных мальчишек. Это было так непохоже на дом Люси, в котором, казалось, никто не жил. Ее две дочки никогда не бегали, не кричали, не доставляли хлопот. Если Элизабет иногда пыталась капризничать, то у Люси сразу начинала болеть голова. Она так давно не подпускала Джека к себе, что Летти небезосновательно считала, что семья Люси вряд ли когда-нибудь станет больше.
А Винни в ноябре ждала следующего ребенка.
Летти больше предпочитала хаос дома Винни чистоте и порядку дома Люси, даже несмотря на все возрастающую напыщенность Альберта. Он ей, в общем-то, никогда особенно не нравился, а теперь, с годами, он все больше толстел и становился еще более важным. Интересно, какое у него будет лицо, когда он увидит новую машину Дэвида.
Дом Винни располагался недалеко от Эппингского леса. Летти давно мечтала побывать там. Теперь они могли съездить туда, и вообще куда угодно, и превосходно провести время, не беспокоясь о расписании поездов, автобусов и трамваев.
Но сейчас уже так поздно. Если они поедут к Винни, то вряд ли вернутся до темноты. И отец не слишком обрадуется, особенно потому, что его заранее не предупредили.
– Мы вернемся очень поздно, – произнесла она, но Дэвид только расхохотался.
Новое приобретение сделало его более беспечным, словно он немного выпил и мог завоевать весь мир. Дэвид небрежно похлопал рукой по спинке кожаного сиденья, приглашая ее сесть рядом с ним.
– На машине это всего полчаса, – весело сказал он, и Летти, неспособная больше сопротивляться, неуверенно открыла дверцу и скользнула на сиденье. А в Дэвида словно дьявол вселился. – Интересно, какое лицо будет у Альберта!
– Стемнеет раньше, чем мы вернемся.
Лицо Летти помрачнело. Должна ли она сказать о поездке отцу? Уехать, не предупредив его, оставив одного дома. Потом несколько дней будут испорчены его ворчанием и упреками. О, как она ненавидела эти дни!
– Сейчас середина лета, дорогая. Еще не скоро стемнеет. Сейчас только семь часов.
– Отцу время ужинать.
По лицу Дэвида Летти сразу поняла, что этого не следовало говорить. Но он быстро взял себя в руки. Ничто не могло испортить ему настроения.
– Если хочешь, мы можем взять его с собой, – сказал он без особого энтузиазма. В этот вечер он хотел видеть только ее. – Мы вернемся до темноты.
Полчаса туда. Час у них. Полчаса обратно. Но если ты предпочитаешь…
Летти бросила на него быстрый взгляд. Она прекрасно поняла, о чем он думает. Его радость быстро угасла при мысли, что нужно пригласить отца поехать с ними, а он, конечно, откажется, и она будет чувствовать себя несчастной.
Летти видела, что Дэвид изо всех сил старается сохранить бодрый вид, и она сама воспряла духом и мгновенно приняла решение.
– Необязательно, Дэвид. Он прекрасно пробудет несколько часов один. – Она уже вылезала из машины. – Подожди меня, я только надену шляпку.
Как всегда, когда она волновалась, в ее речи стал слышен акцент. Дэвид, довольный ее решением, улыбнулся ей.
Она нашла отца на кухне. В рубашке без воротника и со свисающими на бедра подтяжками, он перед зеркалом над раковиной подстригал свои усы. Ножницы замерли в его руках, он повернулся. Два алых пятнышка симметрично пылали на щеках Летти, от радостного блеска глаза казались еще более зелеными. Все было ясно без слов.
– Дэвид внизу.
Казалось, что у нее за спиной выросли крылья, и она вот-вот взлетит.
Она уже готова уехать со своим бесценным Дэвидом Бейроном, с горечью подумал Артур Банкрофт. Странно, что она вообще потрудилась сказать ему об этом. Его благодушное настроение моментально испарилось. Сегодня вечером он будет предоставлен самому себе, зная, что все ее внимание отдано Дэвиду Бейрону, и плевать, каково ему здесь одному.
– И угадай, папа, что он сделал! Он купил машину. Пойди посмотри. Она великолепна!
Отец хмыкнул, повернулся к ней спиной и принялся подстригать торчащие над верхней губой волосы. В маленьком, забрызганном водой зеркале отражались его выцветшие, полные ревности голубые глаза.
– Я полагаю, ты собираешься с ним уехать?
– Он хочет, чтобы мы съездили навестить Винни и…
– Лавинию! – прервал он ее, продолжая заниматься своими усами.
– Лавинию, – кротко повторила она. Сейчас было не время спорить. – Дэвид спрашивает, не хочешь ли ты поехать с нами? Тебе ведь будет приятно навестить Вин… Лавинию. Доставь себе удовольствие в выходные.
С таким же успехом она могла разговаривать с глухим.
– Я уже говорил раньше и скажу еще раз: никто не заставит меня сесть в этот вонючий громыхающий тарантас.
Краем глаза он увидел, как она напряглась, ее подбородок дерзко задрался. Он пожал плечами и продолжал приводить в порядок усы.
– Полагаю, тебе все равно, поеду я с вами или нет. Ты все равно поедешь. Хоть на всю ночь.
– Я никогда не уезжала на всю ночь, – ответила она обиженно. – Я всегда возвращалась до того, как ты пойдешь спать. По крайней мере, если ты шел спать в обычное время. Так ты едешь или нет?
Она знала его ответ.
Он коротко покачал головой.
– Я не собираюсь сидеть сзади вас, как третий лишний. Ты же не хочешь, чтобы я ехал с вами. И он не хочет, я это знаю.
– Ну… – она запнулась и поджала губы. – Он только спросил.
Она гордо подняла голову, повернулась на каблуках и решительно пошла в спальню, принадлежавшую раньше ее сестрам.
Через мгновение она появилась в кремовой шляпке, которая неплохо шла к голубому, цвета морской волны платью. Дэвид купил ей его на день рождения. Очень модное, узкое, достаточно короткое, чтобы были видны ее щиколотки. Летти была без ума от этого подарка.
Отец старался сделать вид, что не замечает ее, но она выглядела так привлекательно, ее фигура была так изящна, а щеки так пылали, что волна любви захлестнула его.
– Я ухожу, папа. – Ее резкий голос охладил на мгновение вспыхнувшую нежность.
Он хмыкнул и уставился в зеркало, наблюдая, как она выходит из комнаты. Ее каблуки сердито застучали по ступенькам.
– И не позволяй ему ничего делать с собой в его распрекрасной машине! – крикнул он ей вслед. Он услышал, как в магазине звякнул дверной звонок и как хлопнула дверь.
– Не позволяй ему, – пробормотал он тихо, словно опавшие листья прошелестели по тротуару. – Не позволяй ему забрать тебя у меня. Что я буду делать, если ты уйдешь?
Мгновение он смотрел на свое отражение в зеркале, потом отвернулся и уныло бросил ножницы на перевернутый медный поднос.