Инга нашла сыну Эрета дракона, который был с гнезда Смутьяна. Это был нежно голубой Водорез Шторм, который очень любил угрей.
Удивительным было то, что другие Водорезы, как впрочем и другие драконы (ну, разве что только кроме Тайфумерангов, которые почти ничего больше не ели, кроме угрей), этих морских животных не переносили и боялись их, обходя или облетая их за тысячу футов. Шторм же был уникальным в этом плане.
Мы со Смутьяном даже сначала предполагали, что он родился от союза Тайфумеранга и обычного Водореза, но потом отмели эту версию, потому что драконы могут спариваться только в границах своего вида. В иных случаях погибали либо птенцы, либо самка, а видовые её сородичи потом убивали и самца, чтобы он не задумал так сделать и с какой-нибудь другой самкой.
В этом плане драконы были «чище», нежели люди, которые часто заключали династические браки, смешивая кровь. Я же к этому относился холодно, потому что не признавал такой политики.
— Иккинг, — позвала меня Инга и щёлкнула перед моим лицом пальцами. — Ты в каких там облаках витаешь?
— В мысленных, — встряхнув головой, ответил я и посмотрел на сестру. — Какие у тебя там новости?
— Замечательные, — просияла девушка и снова обняла меня за шею, начиная шептать в ухо. — Ты не поверишь, когда услышишь.
— Инга, — почти на драконий лад рыкнул я, но вовремя взял себя в руки, медленно выдыхая воздух через ноздри. — Ты же меня знаешь. Поэтому я не советую тебе затягивать с ответом.
— Иккинг, — около нас приземлилась Винея, которая тут же рванула ко мне. — У меня замечательные новости.
После того, как Инга прилетела обратно, я провёл с ней и Беззубиком воспитательную беседу, в результате которой я смог примирить их. Дело оказалось в том, что они начали ревновать нас друг к другу. Винея начала ревновать Ингу к Фурии, а Беззуб меня к Шипорезу. Ох, долго же я тогда хохотал, но моё веселье не продлилось так долго, как я того хотел, потому что эти бестолковые рептилии облизали меня с ног до головы в две головы. Но зато я смог их примирить.
— И у тебя, — усмехнулся я и посмотрел на сестру. — Говори.
— Эрет сделал мне предложение.
========== Глава 29 ==========
POV Иккинг
Да, свадьба отгремела что надо. А ведь Инга только дочь вождя, которая выходит замуж за наследника другого острова. Что же тогда будет, когда свадьба будет у меня — будущего вождя? Пиршество будет длиться неделю или три (викинги никогда не любили чётные числа)?
Встряхнув головой, я вышел из кузницы, в которой я проработал сегодня всё утро. Я хотел сделать Беззубику хвост, с которым он мог бы летать сам и без моей помощи. Я потратил на этот элерон около пятнадцати часов (я опять не спал ночью и делал чертёж механизма), но оно того стоило.
На удивление сейчас было тихо, хотя удивляться в принципе не чему — только вчера Ингу и Эрета проводили, и они улетели на родной остров парня, где они ещё пять дней будут отмечать такое знаковое событие. Вот именно поэтому я не хочу жениться на девушке с другого острова. А вообще, у меня есть Астрид, к которой у меня явно не дружеские отношения.
Мы любим друг друга, поэтому в моих планах скоро позвать её под венец. Я не знаю, согласится она или нет, но я буду надеяться на лучшее. Хофферсон вообще странный человек — на людях она делает вид, что мы друзья, а, когда мы наедине, прижимается ко мне, обнимая за шею, и иногда целует.
Нет, с одной стороны я её немного понимаю — она лучший воин деревни, а тут она ластится к кому-то, как дракон, которому дали понюхать мяты. Но с другой стороны мне были неприятны её такие выходки, потому что я чувствовал себя каким-то обманутым, но в такие моменты любовь к девушке шептала, что Астрид просто не хочет показывать свою «слабую», нежную сторону кому-то, кроме меня. И этот факт уже грел сердце.
— Иккинг, — около меня приземлился Раптор, а я только улыбнулся и протянул ему рыбку, которую достал из корзины, которая в свою очередь стояла у входа в кузницу. — У нас большие проблемы.
— Какие? — Смотря, как дракон проглатывает рыбу, спросил я.
— Песнь Смерти, — только и ответил Древоруб, заставив меня буквально замереть на месте.
— Что ты только что сказал? — Переспросил я, потому что не поверил своим ушам. — Это же просто катастрофа. У нас Олух просто не готов к боевым действиям, тем более с драконом они должны быть другими. И, как на зло, Смутьяна нет в обители. И большинство драконов с ним.
Это была правда. Сейчас было «время большого обеда». Раз в день Смутьян покидал обитель, чтобы покормить своих подданных. Драконы, которые долгое время подчинялись Красной Смерти, не сразу к этому привыкли, но сейчас за милую душу летали с другими.
На Олухе же осталось максимум драконов десять. Беззубик, драконы ребят, и пара Древорубов. До Смутьяна из всех них сможет быстро долететь только Беззуб, но он не летает в одиночку, а мой хвост не был ещё проверен. На решение было принято.
Издав громкий рык, который был похож на рёв Фурии, я начал ждать. Мне нужен мой братец, который, как всегда, буквально спасёт меня.
— Иккинг, ты звал меня? — Позади меня приземлился дракон, к которому я тут же повернулся лицом. — Что это у тебя в руках.
— Это твой новый хвост, благодаря которому ты сможешь летать самостоятельно, — ответил я, показав брату элерон. — Но я звал тебя не за этим.
— Что случилось? — Кинув взгляд на стоящего около меня Раптора, спросил Беззуб. — Я уверен, что ты не позвал бы меня просто так. В последнее время ты занят делами деревни, готовясь стать вождём, поэтому я не трогаю тебя и не мешаю.
Это была правда, которая буквально резала моё сердце ножом, заставляя то истекать кровью, ведь Беззубик был прав — я действительно готовился занять пост отца, поэтому постоянно был около него, учился у него, внимательно слушал его.
— Всё просто ужасно, приятель, — вздохнул я и подошёл к брату, который тут же подставил морду под мою вытянутую руку. — К нашему острову движется Песнь Смерти, которую нам нужно остановить любыми способами.
— И что же ты будешь делать? — Спросил Беззуб, а я по себя отметил, что этой фразе он научился у Астрид, которая часто любила её использовать.
— Я одеваю тебе новый протез и ты летишь к Смутьяну и остальным, прося их скорее вернуться, — подходя к хвосту Фурии, произнёс я и присел, чтобы мне было удобнее менять элерон. — Я в это время что-нибудь придумаю.
— Ох, не нравится мне всё это, — покачал головой Беззубик, а я только невинно улыбнулся. — Ты идёшь на верную гибель.
— Мы шли на верную гибель, когда летели к Красной Смерти, но всё же победили её, — тихо произнёс я, а брат на меня удивлённо взглянул. — Но нам же удалось её победить. Так же будет и в этот раз.
— Я волнуюсь за тебя, брат, — пошевелил хвостом дракон, когда я встал и отпустил его (хвост).
— Вроде работает, — пробормотал я, начиная осматривать работающий элерон на хвосте Фурии. — И не переживай, малыш, со мной всё будет хорошо, я обещаю тебе.
— Хоть ты и дал мне обещание, я всё равно боюсь за тебя, — снова покачал головой Беззубик, а я снова улыбнулся.
— Лети, каждая минута на счету.
Пару минут посмотрев вслед дракону, я повернулся к Раптору, который уже опустил голову, чтобы я мог на него забраться. Взлетев вертикально вверх, мы направились куда-то за Северо-Запад, хотя я был уверен, что остров Мелодий, на котором обитала Песнь Смерти, был в другой стороне.
— Почему ты не поговорил со Смутьяном сам? — Вдруг спросил Раптор. — Ты же умеешь это делать. И даже большие расстояния тебя не пугали.
— Он занят кормлением своего народа, поэтому я бы не смог до него достучаться, — пожав плечами, ответил я и посильнее прижался к шее дракона. — Поэтому сейчас мне придётся делать всё самому.
Мы продолжали лететь и довольно на большой скорости. Всё-таки Древорубы могли летать на скорости, приближенной к скорости Ночной Фурии, но, опять же таки, до Фурий им было далеко. Они, возможно, летали быстрее некоторых Змеевиков, но точно не быстрее Варны, которая могла спокойно держаться у хвоста Фурии, летящей на почти максимальной скорости.