Вот только перекладкой товара и сортировкой обычно занимался Сэм. А его начальник запирался с Атоном в "коробке" - так называлась подсобка, и там они дегустировали новую продукцию.
А он так рассчитывал выспаться... иногда ему казалось, что это совершенно невозможно. Сколько бы ни спал, все равно было мало.
- Ну так что? - перед глазами возникла пятерня с ключами с противной розовой белкой. Она скалилась, и Сэм уже ее ненавидел.
- Хорошо, - сквозь зубы произнес парень и протянул руку к ключам.
Атон отвёл ее в сторону.
- Хозяину скажешь сам, - сказал он, довольно ухмыляясь и только потом отдал ключи.
- Хорошо, - повторил Сэм, понимая, что еще немного, и точно скажет ему что-то совсем не академическое.
Пришлось дышать носом и потом уже войти в помещение, зайти внутрь подсобки и выдохнуть. Налить себе мерзкого растворимого кофе и просто посидеть с кружкой в руках, чувствуя, как морозит со злости.
Звякнул колокольчик у входа, и парень пошел к кассе. Потянулся долгий нудный рабочий день, и Сэму уже на второй час пришлось открыть банку энергетика.
Сегодня был просто наплыв желающих, и ему пришлось отвечать на множество вопросов, выгнать подростков, которые попытались разбить витрину и промолчать на ворчание о грязном туалете от очередного толстого папаши.
Ближе к восьми вечера появился хозяин, принёс пару коробок с ирисками и банками колы и велел расставить их.
Забрал кассу, оставил мелочь и велел не забыть про сигнализацию, когда Сэм будет уходить.
Парень кивнул и наскоро перекусив, принялся за работу.
Расставив ириски, он взял в руку банку с газировкой и только потом ощутил на себе странный взгляд. Холодный, изучающий, пробирающий до костей.
Обернувшись, он никого не увидел, однако внезапно стало очень не по себе. Тишина вдруг перестала казаться уютной.
Наскоро расставив банки, Сэм вернулся за прилавок. До конца смены осталось около получаса, за окном уже село солнце и горели фонари. До остановки было идти не больше пяти минут.
Парень оглядел пустой тихий магазин и решил, что может уже закрываться. Продал он сегодня не очень и много, но это даже и неважно.
Сэм нашарил связку ключей под прилавком и пошел к входной двери. Прошел мимо холодильника с колой, глянул на вторую коробку с ирисками и решил, что разберёт их в подсобке.
Он почти уже был на месте, как тишину разбил звон колокольчика. Сэм подпрыгнул и отступил назад, пропуская последнего покупателя. Слова о том, что "мы закрыты", повисли в воздухе.
При взгляде на незнакомца в голове промелькнуло лишь одно: "странный, бледный".
Он был одет во все чёрное. Кажется, на груди была какая-то эмблема, и Сэм даже силился ее разглядеть, но потом ощутил его взгляд и понял, как далеко он сейчас до тревожной кнопки.
- Заходите, - сглотнул парень. - Мы...скоро закрываемся.
Стрелка показала ему ровно двадцать минут до окончания часа. Но странный покупатель, казалось, кивнул и шагнул мимо него в зал.
Сэм двинулся на свое место на ватных ногах и сам не понял, как оказался за прилавком.
Мучительно хотелось, чтобы этот странный человек ушел, или чтобы улыбнулся и хоть что-то сказал. Сэм постарался дышать глубже и носом.
Поэтому он едва не вскрикнул, когда покупатель выложил на прилавок синюю изоленту, моток бельевой верёвки, несколько банок пива и лапши быстрого приготовления и произнес хрипловато-спокойным тоном:
- Посчитай.
Выдохнув через нос, Сэм судорожно попытался вспомнить, сколько же стоит все выложенное.
Наконец, он сумел это сделать и произнёс:
- Двадцать два доллара...сэр. Картой или наличными?
Незнакомец положил на стол три мятых десятки.
- Вам завернуть все в пакет?
- Да, сдачи не надо.
Сэм протянул руку, чтобы взять бумажный пакет не глядя, но ничего не обнаружил.
-Одну минуту... сэр.
Он пошел в подсобку, поискал глазами упаковку, быстро схватил и вернулся. Сгреб все товары и запихнул их внутрь.
Когда он снова поднял голову, то столкнулся с холодным взглядом серых глаз незнакомца. По телу пробежали мурашки, и его затрясло, во рту пересохло. Странный и очень опасный. Сэм почувствовал себя тем самым куском мяса, словно с него живьём содрали кожу и теперь прикидывают, стоит ли он того, чтобы разделить его на куски и продать.
- Ваши... - он совершенно растерялся и сказал сухими губами. - покупки.
- Спасибо.