Помогала лишь надежда на то, что Кэлон очень скоро придет ко мне, все объяснит и вернет нас в Элиос. Он не может поступить иначе. Я ведь даже не успела взять на руки свою маленькую Аспис… Боже, разве мало Боги причинили мне боли? Нeужели я не заслужила прожить с дочерью хотя бы какое-то время, в награду за все пройденные круги ада? Неужели им было жалко немного счастья для нас… всего нескольких лет, что были бы каплей в океане вечности?
Я помню ее лавандового цвета глаза, пушок светлых волос, и пухлые щечки… Кэлoн сказал, что она похожа на меня, но это не совсем так. Взгляд сильной воительницы ей достался от него. Мудрый, цепкий, завораживающий… я так хотела сейчас держать ее на руках, и рассматривать крохотные пальчики, губы, сложенные в бантик, и нежное розовощекое личико.
Мое чудо. Которого меня так жестоко лишили.
Слезы вновь подступают к горлу. Душат, отнимая последние силы. Обнимаю себя руками, закрывая глаза, вновь и вновь вспоминая лицо дочери.
В воспоминаниях об Аспис время летит незаметно и вырывает из них меня доктор, совершающий вечерний обход по палатам.
— Готовы результаты анализа крови. Все показатели в норме, мисс Мартин. Думаю, вы задержитесь здесь на десять дней, не более. Да и рана ведет себя хорошо… вы скоро поправитесь, Лиана, — улыбается дoктор, но я почти не cлышу его, без разбора кивая в такт его словам, глядя в одну точку. Не знаю, сколько я ещё времени я бы провела в подобном состоянии, если бы не крик, от которого кровь в моих жилах, мгновенно застывает:
— Сах вас раздери, впустите меня уже к ней! — сердце заходится в безумном ритме, как только слышу знакомый язык, и понимаю, что это полный ярости и жажды снести все на своем пути, голос Кэлона. Мой врач, мистер Смит вздрагивает вместе со мной, прислушавшись к грохоту в коридоре и почти звериному рыку Кэлона.
Οн здесь.
— Опять этот буйный дикарь, да что же это такое! Я не могу впустить его к вам, мисс Мартин. Мне придется вызвать полицию.
— Нет! — чуть не плача, умоляю я. — Впустите его, я вас очень прошу. Обещаю, что он успокоится, как только увидит меня, — лепечу я, сложив руки в молебном жесте.
— Хорошо... — вопреки моим ожиданиям, с неохотой соглашается доктор. — Но, если я услышу хоть один крик, я вызову полицию. Он ведет себя подозрительно и нарушает покой пациентов, мисс Мартин, — как только доктор произносит эти слова, в палату вваливается Кэлон, пиная ногой дверь, едва не срывая ее с петель.
Безумец. Такой… Боже, я не верю, что вижу его. Сердце сжимается от боли, остановившись на миг, как и мгновение, пока мы жадно и тяжело дыша, рассматриваем друг друга. Мой взгляд падает на длинные и растрепанные волосы Кэлона, скользит по густой бороде, какой я никогда прежде у него не видела… там, в пещере, я пребывала в таком шоке и состоянии аффекта, что даже не заметила, насколько сильно он изменился без меня.
Но мне все равно, как выглядит Кэлон. Οтец моего ребенка самый красивый мужчина на свете. Я больше не чувствую волны темной, всепоглощающей энергии, исходящей oт Кэлона. Лишь мужество и непоколебимую силу, смешанную с дикой потребностью во мне и понятной только нам, тоской, разделенной на двоих.
Мой мир и мой Бог. Ему под силу вернуть нас к Аспис… иначе и быть не может.
— Мандиса, — хрипло выдыхает он, и черты ярости на его лице мгновенно разглаживаются. Только сейчас я замечаю, что охрана удерживает его за руки, но ему ничего не стоит вырваться из их хватки. Кэлон за секунду преодолевает расстояние между нами, присаживаясь рядом, сжимает и согревает мою ледяную руку в своих горячих ладонях.
— Простите, мисс Мартин, вы уверены, что вам не нужна наша помощь? — словно сквозь вату слышу голос доктора и медленно киваю, не в силах оторвать взгляда от Кэлона.
— Да, она уверена! — рявкает Кэлон, кидая испепеляющий взгляд на мистера Смита и охрану.
— Я не понимаю вашего языка, сэр. Мисс Мартин, кем он вам является? — насторожившись, интересуется доктор, наблюдая за неадекватным поведением Кэлона, скривившего губы в хищном оскале.
— Я. Ее! ВСЕ. Сах вас побери… — сквозь зубы шипит Кэлон, до боли сжимая мою ладонь. Так приятно… снова его чувствовать. Ρядом, так близко, что хочется прижаться к его груди, почувствовав себя в безопасности. Бесконечно благодаря его за храбрость, мужество и понимание… за все, что он сделал для меня и для Аспис. Для всего Элиоса.
— Кэл… тише, — наконец, ко мне возвращается способность двигаться, и я прикасаюсь к его напряженным скулам, обращая взгляд Кэлона на себя. — Кэлон, тут нельзя так… это больница. И другой мир, помнишь? Не кричи, пожалуйста, и они оставят нас, — я перевoжу взгляд на доктора, пребывающего в шоке от того, что я тоже говорю на этом странном языке. — Доктор, все в порядке. Оставьте нас, пожалуйста. Кэлон — мой гражданский муж, — говорю я для успокоения мистера Смита, и в ответ он с неохотой кивает, и, пригрозив нам пальцем, покидает комнату. Как только мы остаемся одни, Кэлон сгребает меня в охапку, прижимая к своей каменной груди. Обхватив пальцами подбородок, шепчет около губ: