Его злил тот факт, что он не сможет принимать участие в дальнейшем противостоянии.
Рон подозревал, что в скором времени эму предстоит встреча с Волдемортом.
— Я убью тебя, чёртов хорёк!!! — крикнул он что есть силы.
Где-то вдали послышался шум летучих мышей, которых испугал внезапный звук.
— Кто здесь? — Рон услышал слабый крик откуда-то из темноты коридора.
Он подскочил к решётке, упершись лицом между прутьями лицом. Взгляд метался из стороны в сторону, пытаясь ухватиться за темноту.
Первые мысли были о Гермионе. Неужели она жива и сейчас находится где-то рядом?!
— Гермиона? — радостно выкрикнул Рон.
— Нет, — ответ стёр благоговейную улыбку с лица Уизли, — это Полумна. Рон, это ты? — в её вопросе послышалась надежда.
Рон старался осознать то, что Полумна жива и находится здесь в… наверное, в Малфой-мэноре. Возможно, у него остаётся надежда на то, что и Гермиона была здесь. Что Лавгуд знает что-то о его подруге.
— Луна! Как я рад тебя слышать! — Рон старался, чтобы его голос не звучал подавленным. — Ты в порядке?
Он повернул голову ухом к решётке, будто этот жест позволит ему лучше слышать. В ответ Рон услышал более бодрый и по-прежнему спокойный голос.
— Насколько это может быть… — Полумна тоже встала у выхода из своей темницы. — А ты как?
— Я в норме… — улыбнулся Рон, подумав, что его ответ похож на её, и добавил: — Пока что.
— Понимаю… — устало проговорила она.
— Полумна, послушай… — он не знал, как спросить о Гермионе. — Ты давно здесь?
— С самого начала…
Рон закатил глаза, Полумна никогда не говорила чётко.
Её загадочно-философские ответы немного раздражали. Отчасти, из-за того, что Рон не понимал их. Он нахмурил брови, выругавшись про себя.
Но Рон никогда не был особо чувствителен к чужим чувствам и переживаниям. Он был прагматичным и прямым.
— Послушай, я рад, что ты жива, — он пнул ногой решётку, не решаясь спросить главное.
На самом деле Рон никогда не был нерешительным. Он всегда придерживался принципа, что лучше сразу спросить, чем придумывать что-то самому. Но сейчас его пугала перспектива услышать ответ на вопрос о Гермионе.
— Я тоже рада, Рон, — а вот сейчас Полумна точно улыбнулась, мечтательно глядя в темноту, — знаешь, здесь Гермиона.
Глаза Рона увеличились в несколько раз, а сам он напрягся. Одно мгновение, и волосы на голове зашевелились от страшного осознания.
— Почему же она молчит? — выкрикнул Рон. — Гермиона!
Полумна засмеялась очень тихо, чтобы Рон не счёл её сумасшедшей.
— Рон, — тот перестал звать Гермиону, которую уже успел похоронить, — она в мэноре.
— Ясное дело, в мэноре, ведь и мы тоже! — послышался сердитый ответ.
Полумна была уверена в том, что сейчас Рон красный как рак.
— Она не в темнице.
Сердце Рона вместе с мозгами грянулось к ногам.
— А где? — бесчувственно спросил он.
— Она живёт в доме, — Полумна словно дразнила Рона маленькими порциями информации.
— Живёт… — выдохнул тот. — Ты можешь рассказать, что происходит? — он начинал сердиться.
— Когда меня привели сюда, она уже была здесь. Ей немного досталось от Малфоев, но, насколько мне известно, они не смогли выпытать всю информацию, поэтому Люциус Малфой перевёл Гермиону в дом. Я думаю, для того, чтобы присматривать за ней.
— То есть она живёт с Малфоями? — шок сегодняшнего дня бил Рона больно и жестоко, предлагая реалии жизни.
Он вцепился руками в прутья и попытался встряхнуть их.
— Она просто живёт с Малфоями! Пока мы…
— Рон, Рон, это не так! — Полумна перебила его яростный крик. — Люциус Малфой сковал её смертельным заклятием, а Драко… он очень опасен.
В ответ на её слова Полумна услышала наигранный смех.
— Хорёк опасен, ага. А как же!
Девушка не намеревалась доказывать, что Рон не прав. Вполне возможно, что ему ещё не удавалось видеть Малфоя-младшего в действии и тем более, испытать его умения на себе. И сейчас Полумна не собиралась тратить время на переубеждение и запугивание Рона. Главное, чтобы он знал о Гермионе и не считал её предательницей.
Уизли не сказал больше ни слова. Он старался изо всех сил воспринять оправдание Гермионе, которое Полумна огласила, но злость овладевала его разумом быстрее, чем тот мог обработать полученную информацию и включить логику.
Страх и жалость из-за того, что Гермиона мертва или изувечена, быстро отступили на второй план перед истинными эмоциями, который твердили, что она хорошо устроилась в доме их заклятого врага.