— Это твои проделки? — голос Тео заставил Гермиону навострить уши, осознавая, что Малфой мог наслать на неё заклятие слепоты.
Но что за странная светлая нотка света, которую она помнила до темноты?
— Новая система охраны мэнора, — подняв голову немного выше, Малфой посмотрел поверх плеча своего собеседника, словно ожидал чьего-то прихода. А затем добавил:
— Одна из новых.
— Понятно, — коротко ответил Тео. — Действует на всех или?
— Воры, шпионы, убийцы и просто чужие недоброжелатели … — Малфой замолчал, с интересом рассматривая Гермиону и подмечая для себя, что на ней снова мантия Нотта.
Этот факт его злил. Непонятной была природа этой злости, но он явно был раздражён. Малфой не мог описать природу чувств. То ли ему было противно видеть, что Грейнджер гуляет без его разрешения да ещё и с комфортом, то ли он злился на то, что она гуляет не в той одежде, которую он мог бы дать ей.
Малфой поджал губы, а оттенок его глаз стал ещё холоднее, если это возможно.
— Такими темпами весь твой гардероб скоро окажется в мэноре.
Он не смог пропустить это, поэтому холодно и почти безразлично подметил, кивая в сторону Гермионы.
— Ты так жаждешь моего общества? — улыбнувшись, Тео подхватил Драко под локоть и пару раз мигнул глазами.
Гермиона отвела взгляд и, склонив голову, улыбнулась. Момент был и вправду забавным, интимным и по-дружески тёплым.
— Мерлин упаси. — Малфой улыбнулся тоже, одарив Нотта оценивающим взглядом. — Пойдём, ты кажется, пришёл ко мне, а не для того, чтобы развлекать грязнокровку.
Драко вместе с Тео направился к выходу из аллеи, а Гермиона посеменила за ними.
Появление Драко казалось странным, он возник в самый интересный момент. Точнее, в самый непонятный для неё момент. Возможно, не приди он, Гермиона спросила бы Теодора, что это за странности с ней происходят, но получилось всё по-другому.
И если верить Драко, то он постарался и теперь вокруг мэнора поставлены воздушные чары. Самая сложная магия основана на стихиях. Научись управлять стихией — и ты сможешь многое.
Земля, вода, воздух и огонь.
Малфой заколдовал воздух, превратив его в эфирную субстанцию, которая невидимым потоком охватывала территорию владения и защищала её хозяев, ослепляя чужаков.
Гермиона потёрла лоб, так как была уверена, что на нём проступили капельки пота.
Кажется, этот мир против неё. Против её жизни в целом.
Наличие таких чар усложняло возможность побега, а точнее, делало его невозможным.
— Грейнджер, иди к себе, — раздражённый голос Драко привёл Гермиону в чувство. Она осмотрелась и поняла, что они стоят в холле.
Теодор кивнул ей и направился прямо к коридору вместе с Малфоем.
Лишь когда они зашли в кабинет Драко и закрыли за собой двери, Теодор заговорил.
— Дело серьёзное, Малфой, — он уселся на диван, вальяжно раскинув руки.
— Говори, — лениво проговорил Драко.
В его голосе не было слышно удивления, значит, он в курсе планов Тёмного Лорда.
— Лорд приказал уничтожить все маховики времени, — Тео рассмеялся и запустил пятерню в волосы, — только представь, когда их создавали — ставили на учёт. Буквально каждый маховик зарегистрирован в Министерстве.
— Я об этом знаю, но тебя бы не было здесь, если бы … — Драко прищурился, ожидая ответа от друга.
— Отец занимается уничтожением маховиков… И ты прав, есть вариант, — Тео потянулся рукой в нагрудный карман пиджака, — допустим, артефакт, который не был зарегистрирован.
Драко выровнял спину и с интересом смотрел на небольшую подвеску, болтающуюся на золотой цепочке, что так привлекательно блестела на свету.
— Новый? — осведомился он.
— Старый, — ухмыльнулся Тео, — не забывай, что это Нотты придумали маховики.
Он подмигнул Драко и протянул руку, чтобы отдать столь ценный артефакт.
— Надеюсь, ты не наделаешь глупостей, — с грустью в голосе проговорил Теодор.
Драко рассматривал маховик, прокручивая в мыслях, какие глупости можно сделать с маховиком.
Вернуться в прошлое и написать себе письмо, что никогда не нужно связываться с Беллатрисой?
Или перенестись на четвёртый курс и убить Лорда в зародыше, до облачения в телесную оболочку?
А может?..
— Не переживай, Нарциссу уже не вернуть, — Драко смотрел сквозь подвеску, сквозь руки, пол и землю…
Теодор сглотнул ком, который больно ударил по дыхательным путям. Хотел бы и он знать свою мать. Понимать, о чём он грустит, жалеет и тоскует…