Его тело ныло от боли, мышечные спазмы доставляли неудобство в передвижении, а руки дрожали, словно у пропитого насквозь Тэренса, Пожирателя, у которого вместо крови алкоголь. Драко скривился от отвращения к самому себе.
Он старался не думать над тем, что принимал наказание, стоя в оковах змеиного тела. Он вовсе не хотел думать над тем, что произошло с Нагайной и почему Тёмный Лорд был доволен.
От одного воспоминания Малфоя посещало чувство, будто над ним надругались. Он поёжился, ощущая, как прохлада дома крадёт у него тепло и рассудок.
Драко остановился в холле, чтобы перевести дух. В окна заглядывала луна, кидая свой свет под ноги Малфою. Судя по всему, над Британией уже распустилась глубокая ночь.
Драко сжал челюсти от досады, что не может аппарировать в таком состоянии. Благо у него был с собой порт-ключ. Вот только его можно будет активировать за пределами имения Тёмного Лорда.
Малфой вздохнул и поковылял к выходу, ясно понимая, что эту ночь запомнит надолго.
* * *
В это время Гермиона проснулась посреди ночи. Её снова накрыло чувство тревоги, словно ей предстоит утром сдавать СОВ. Она села на постели и подтянула ноги к себе, уставившись на горящий в камине огонь.
Гермиона не могла понять, что с ней происходит. Почему она испытывала тревожность или раздражительность. Почему возникало острое желание убить кого-то и вместе с тем накатывала вселенская тоска.
Она могла бы поклясться, что будь в такой момент перед ней кто-то из Малфоев, она бы поддалась порыву.
Но как назло Люциус не звал её по утрам, да и в течение дня тоже. Младшего Малфоя вообще не было видно и слышно. У Гермионы создалось впечатление, что он либо умер в своей комнате, либо съехал из дома.
Отлежавшись два дня после инцидента с Малфоем, Гермиона была твёрдо настроена найти его и потребовать объяснений. Но тот не появлялся ни утром, ни днём, ни вечером. Он словно сквозь землю провалился, из-за чего мысли Гермионы целыми днями крутились вокруг него.
Она старалась понять, что в тот вечер пошло не так. Он хотел убить Беллатрису. Нет, не так! Он убил её, и в этот момент что-то пошло не так. Заклинание обернулось против него и сыграло злую шутку с Гермионой. Их поразило какое-то проклятье, и кто знает, какие последствия могли быть от него. Конечно же, Гермиона догадывалась, что все эти перемены в её настроение не из-за ПМС, а именно побочный эффект от проклятья. Ей важно было узнать, от какого именно. Даже если Малфой снова начнёт угрожать Обливиейтом. Гермиона чувствовала, что вправе требовать от него ответов.
Она слезла с кровати и обулась в лодочки. В последние дни её ночи были наполнены беспокойством. Гермиона часто просыпалась и подолгу лежала на постели, рассматривая серые стены комнаты. Иногда она бродила по комнате и стояла у окна.
Сегодняшняя ночь была особенно красивой — лунный свет проникал в окна, отбрасывая холодные дорожки света на полу. Гермиона подошла к окну и позволила себе засмотреться на красоту природы: раздетые деревья возвышали ветки вверх, напоминая руки молящих людей, а причудливые тени на снегу казались фантастическими тварями, что превратились в статуи. Белый снег лежал ровным ковром и поблёскивал от лунного света. Зимняя ночь у поместья казалась устрашающей и в то же время сказочной.
Развернувшийся вид за окном напоминал Гермионе иллюстрацию из детской книги сказок-страшилок. Она отвернулась от окна и подошла к стулу, чтобы взять мантию Теодора. Вдруг ей захотелось прогуляться по дому.
Грейнджер не хотела признаваться, но ей нравились коридоры мэнора. Серые, мрачные и однотипные — такие привычные для неё, почти родные. Следуя по ним, она могла погрузиться в собственные мысли и позволить забиться обо всём.
Вот и сейчас Гермиона подумала, что сможет прогнать бессонницу прогулкой по дому. Она открыла двери и вышла в тёмный коридор. У её двери и в двух метрах от неё вспыхнули подсвечники. По мере того, как Гермиона двигалась, свечи загорались сами по себе, освещая её путь, и гасли тогда, когда она уходила вперёд.
Она бродила по второму этажу пока не уткнулась в ступени, ведущие на третий. Ноги сами понесли её вверх. Гермиона решила, что не помешает пройтись возле дверей в спальню Малфоя-младшего. Быть может, она заметит хоть малейший намёк на его присутствие…
Грейнджер старалась отвлечь себя от навязчивой мысли пробраться в комнату Драко, доказывая самой себе, что в этом нет необходимости. Она не настолько волновалась о нём и не настолько нетерпелива, чтобы поступать так опрометчиво. К тому же Люциус был абсолютно спокоен, что указывало на обыденность дел.