— Ты как и прежде будешь служить мне, — строгим тоном отчеканил он, — а также будешь исполнять приказы Панси Паркинсон.
Гермиона могла поклясться, что Люциус смотрит на неё, поэтому она просто кивнула в знак согласия. Она видела, как тёмная фигура придвигается к ней, но не могла навести фокус на его лице.
Туман окутал этот кабинет, поглотив чёткость и реальность его линий. Туман поглотил сознание Гермионы. Разве не являлся он предвестником смерти!?
«Грейнджер, ты не умрёшь». — в сознании всплыли другие слова Драко.
— Я ожидаю от тебя полного подчинения, грязнокровка, — Люциус стоял напротив, не будучи уверенным, что она его видит.
Взгляд Грейнджер расфокусировался, будто она была под седативным зельем.
Гермиона почувствовала, как рука Люциуса снова оказалась под её подбородком. Он слегка приподнял его вверх и большим пальцем руки провёл по её губам. Он наклонился ближе к Гермионе, позволяя их волосам соприкоснуться.
— Ты ведь помнишь, каким может быть моё наказание? — голос с хрипотцой опалил её ухо.
Гермиона снова громко сглотнула слюну. Люциус скривился, осознавая, что её реакция странно действует на его репродуктивный орган.
Она услышала слабое шипение над ухом, а затем Малфой отстранился и направился к своему столу.
— Держи рот на замке, когда будешь рядом с Панси, — он отодвинул стул и уселся на него, — и у меня не будет повода наказывать тебя.
Гермиона склонила голову, проглатывая обиду и все те некультурные слова, которые подстрекали её вывести Люциуса Малфоя и заставить его убить её. Хотя эта мимолётная идея была очень сладкой.
Ей казалось, что лучше принять смерть от Люциуса, чем от Драко.
По крайней мере, Люциус просто убил бы её, не превращая в овощ или подопытную крысу…
На её судьбу выпала неподъемная ноша, которая давила на грудь с полой силой. Ей было плохо. Настолько плохо, что она не хотела тратить последнюю энергию на разжигание адского пламени по имени Люциус Малфой.
Она просто сказала: «Хорошо».
Но Люциус не успел бросить очередную едкую фразу в сторону Грейнджер.
Дверь в кабинет распахнулась, и в неё вошли.
Будучи частично ослеплённой, Гермиона заметила, как Люциус снова встал и в приветственном жесте развёл руки.
— Мисс Паркинсон, рад снова вас видеть, — его голос полностью изменился.
Гермиона даже удивилась тому, насколько спокойно и доброжелательно он прозвучал. Ещё бы!
Но она не жалела о том, что с ней Люциус не любезничает. Его ласковость означала бы лишь одно…
— Рада видеть вас, мистер Малфой, — Панси улыбнулась своей белоснежной улыбкой и прошла мимо Гермионы, кажется, и вовсе не заметив её.
Кое-как Грейнджер отступила в сторону, стараясь не упасть и остаться незамеченной. Она посмотрела в сторону двери и увидела очертания ещё одной фигуры.
Панси пришла не одна.
Даже в темноте Грейнджер узнала бы его. Она уставилась на парня, что так же пристально смотрел на неё.
Кажется, сейчас она затаила дыхание и сжалась, желая раствориться в воздухе. Она не хотела его видеть. Не сейчас, когда она не готова.
Нижняя губа Грейнджер задрожала, в глазах скопилась непрошеная солёная жидкость. Она почувствовала озноб по всему телу, и дрожание отразилось на пальцах рук. Гермиона была близка к истерике.
Видимо, он это заметил.
— Уберись в комнату, — холод его слов долетел до сознания Гермионы, давая понять, что они обращены именно к ней.
Она сомкнула губы в плотную линию и сжала кулачки, собирая все силы, чтобы не упасть в кабинете. Ориентируясь на очертания предметов, Грейнджер прошла к двери.
Она видела, как Драко смотрит в её сторону, но не могла рассмотреть его лицо — только общие очертания его тела. Он по-прежнему стоял у двери, словно ожидал, что Грейнджер должна свалиться у его ног, чтобы можно было зло потешаться над ней.
Конечно же, этого не произошло.
Она медленно прошла возле Малфоя, не подавая и виду, что ей плохо. Она так же спокойно открыла двери и вышла в коридор, но не сдержала собственное тело, ещё не закрыв двери до конца, когда ноги подвели её. Гермиона осела на пол у самой двери, чувствуя, как шум в ушах соревнуется с тьмой, что забирает её зрение и сознание.
* * *
— Что ты…
— Увидел её… подумал — это… нормально... позвать…
— Разумеется… я разберусь.
Сквозь сон Гермиона слышала чей-то разговор. Точнее сказать, разговор Малфоя и ещё какого-то мужчины.
А может быть, разговор — это всего лишь плод её фантазии?
В таком случае она не хотела открывать глаза и узнавать правду.
Дверь негромко закрылась, и послышался щелчок замка. Грейнджер вздохнула с облегчением: значит, её оставили в покое.