В-третьих, дом-муравейник с множеством ходов и небольших комнат-камер — идеальное место, чтобы затеряться и напасть в нужный момент.
Драко осознавал, что Грюм даже спит с волшебной палочкой, но всё же у него было больше шансов побороть опытного мракоборца в замкнутом лабиринте, чем на открытой местности.
Отпустив план, Драко произнёс заклятие, и пергамент сгорел на столе, оставив после себя лёгкий налёт пыли.
Пора…
* * *
Из плеча сочилась кровь.
Разрез оказался большим: начало от малой плечевой мышцы через ключицу и к плечу. Горячая кровь стремительно покидала тело, и Малфой отвлёкся, чтобы наложить простые чары
сшивания. Он спрятался за угол и направил палочку на левое плечо. Возникшая иголка с нитью начала шить кожу. От боли в глазах появились белые пятна, но он терпел, не издавая ни звука. Когда рана была наполовину зашита, Драко прервал действие заклинания: каждая секунда на счету.
Он выглянул за угол и последовал вдоль по коридору, чтобы завернуть в следующий. Драко слышал стук, который создавал раненый аврор при передвижении. Грюм передвигался шумно, отстукивая ритм своим волшебным протезом на ноге.
— Инкарцеро, — ворох верёвок полетел вслед Грюму.
Тот с лёгкостью отразил заклинание.
Он скрылся за углом и прокаркал своим противным голосом:
— Взять живым меня удумал!? Кишка тонка, мальчишка!
Малфой сжал губы, принимая тот факт, что бороться с Грюмом сложно. Но у него были свои козыри в рукавах, не зря же он выпил зелье удачи!
Драко закрыл глаза всего за секунду, чтобы сосредоточиться. Он затаился за углом, отсчитывая секунды до…
— Остолбеней! — Грюм произнёс заклятие в голос. — Протего! Экспеллиармус!
Вспышки заклинаний мерцали за углом, и Драко понял, что сейчас самое время.
Он вышел из-за угла, наблюдая, как Грюм ведёт бессмысленную борьбу с его проекцией. Поразить заклинанием астральное тело невозможно. Несколько секунд Драко удовлетворённо смотрел за тем, как отчаянно борется мракоборец.
В один момент тот замер, видимо, глаз уловил второго Малфоя.
Драко лениво взмахнул палочкой и обезоружил растерявшегося Грюма. Ещё несколько заклинаний, и тот уже стоял связанный по рукам и ногам. Грозный Глаз сопротивлялся всем телом, но против чар не действовала физическая сила.
Малфой подхватил палочку Грюма, полагая, что та может понадобиться Лорду. В последнее время у Повелителя возник особый интерес к этому орудию.
Драко взял аврора живым, но всё же ему следовало кое-что подправить специально для Лорда, и для себя, конечно.
Он подошел к Грюму и одним движением руки поставил того на колени. Палочка выскользнула из рукава, и он направил её на голову мага, глаз которого бешено крутился в разные стороны.
Отвратительное зрелище.
Малфой скривился и произнёс заклинание.
Грюм закричал, мотая головой.
Драко без особой радости принимал знания. Не то чтобы ему нужен был разум Грюма, но кое-что уж точно пригодится. Он чётко следил за дымкой, что так легко парила между ними. Когда цвет стал более насыщенным, Драко разрезал магическую нить палочкой, словно ножом. Он считал, что этого будет достаточно, чтобы повредить разум и воспоминания мракоборца.
Если бы Малфой полностью лишил его памяти, то только вызвал бы подозрения. У него оставался один способ, чтобы Лорд поверил в то, что Грюм поджёг особняк Лестрейнджей и убил Родольфуса, и он им воспользовался.
Несколько секунд Драко смотрел на обессилевшего аврора и не чувствовал ничего, кроме отвращения к самому себе. Он не мог объяснить природу таких чувств, но не радовался этой эмоции.
Сомнение снова вернулось. Ему стоило поторопиться.
Драко поднял Грюма на ноги и велел следовать к выходу. Он чувствовал, как слабость обволакивает ноги, замедляя передвижение. Малфой посмотрел на плечо: из не зашитой части раны по-прежнему вытекала кровь.
Он вздохнул от досады. Если это произошло с зельем удачи, то что было бы, не выпей он его?!
В таком состоянии нельзя аппарировать.
Когда они вышли наружу, Драко приковал Грюма к дереву, а сам принялся залечивать рану. Как только швы были наложены, он решил аппарировать.
— Ты же понимаешь, что нельзя аппарировать в таком состоянии. Это чревато разрывом тканей, ты… — дальнейшие слова утонули в колебаниях воздуха.
Драко наложил Силенцио, чтобы не выслушивать нравоучения автора.
* * *
Малфой еле удержался на ногах, когда они аппарировали к воротам родового имения Лорда. Он нажал волшебной палочкой на метку, тем самым сообщая Повелителю о своём прибытии. Магическая сетка перед воротами с треском развеялась. Металл противно скрипнул, приглашая новоприбывших.