Точнее сказать, недостаточно желания. Несмотря на то, что она страдала из-за одной мысли от подобного рода близости с Малфоем, она не могла сопротивляться. Тело не слушало приказов разума, а последующие действия Драко вгоняли её в ступор.
Одна секунда, и его руки сомкнулись по краям выреза над грудью. Громкий выдох Малфоя вынудил Гермиону посмотреть на его лицо, и в этот же момент он потянул ткань в стороны, разрывая верхнюю часть платья. Одежда затрещала по швам, пуговицы разлетелись в разные стороны, а Грейнджер всё смотрела в его остекленевшие глаза.
Воздух коснулся упругой груди, от чего соски мгновенно реагировали, сжимаясь от смены температуры, а может, от смущения хозяйки. В этот момент Гермиона заметила в глазах Малфоя яркий блеск, словно он что-то придумал или решил.
Чувствуя прилив стыдливости, она дёрнулась, опуская голову вниз, и сделала попытку прикрыть грудь руками, но Малфой перехватил её запястья и грубо отбросил руки в стороны. Опасаясь его гнева, она аккуратно потянула руки вниз, расправляя ткань юбки и исподтишка наблюдая за его реакцией. Ей хотелось верить, если она прикроет трусики, то защитит себя от посягательств слизеринца. Конечно, это было наивным заблуждением, но Гермиона не могла отдавать своё тело его обозрению.
Она почти спустила серую ткань вниз по ногам, как почувствовала цепкую хватку его рук на своих.
— Прекрати, — Малфой отбросил её руки в стороны и раздражённо фыркнул.
На этот раз Грейнджер побоялась смотреть на него, полагая, что он зол. Она напряглась, когда почувствовала его руку на своей груди. Инстинктивно дёрнулась подальше от Драко, но вторая его рука прытко вцепилась за её шею.
Слёзы скопились в глазах, и Гермиона часто замигала, стараясь не показывать слабость. У неё оставалась последняя надежда — на слова. Она постаралась глубоко вдохнуть, подбадривая себя внутренне.
Сейчас она не будет дерзить или оскорблять Малфоя.
Она попросит, чувствуя, как его рука властно сжимает грудь, а большой и указательный палец с нажимом давят на сосок, и хнычет от неоднозначных ощущений. Примесь стыдливости граничили с чем-то приятным, что находило отклик в теле.
Грейнджер снова сделала глубокий вдох и подняла взгляд, полный слёз, в надежде изменить намерения Малфоя.
Разум подбросил идею: возможно, она просто отсосёт?
Но увидев его глаза, Грейнджер осознала, что он не зол. Медленно Малфой переводил взгляд с груди на её лицо, и их глаза встретились. Тёмно-серый цвет словно застыл, в радужке не было примеси серебра дождевого неба или морской синевы. Просто серый морской асфальт, вытесненный огромными чёрными зрачками, что как прицел смотрели на неё. Сейчас его глаза казались стеклянными и неживыми, но Гермиона видела в них чистую и неподдельную эмоцию.
Раньше Грейнджер думала, что хуже злости в глазах Малфоя ничего не может быть. Но как она ошибалась: желание в его глазах куда страшнее. Дикое, необузданное, всепоглощающее и многообещающее желание Драко Малфоя подобно выстрелу в упор.
Его рука крепче сжало её горло, а большой палец подтолкнул нижнюю челюсть вверх, вынуждая приподнять голову. В этот момент его губы обрушились на её.
Её руки инстинктивно упёрлись в грудь Драко, стараясь отстранить от себя. Но попытка оказалась настолько слабовольной, что Малфой хмыкнул в её губы, опаляя своим жаром. Гермиона поджала губы, стараясь свести их в тонкую линию, но у неё не получилось. Его настойчивые движения пресекли эту возможность. Малфой дерзко целовал, смотря в карие блюдца, что блестели от слёз. Гермиона не выдержала его взгляд и, чтобы отстраниться от реальности, закрыла глаза, стараясь представить что угодно или кого угодно, но только не врага, что насильно навязывался ей.
Но следующие действия Малфоя возвратили в реальность: он плавно провёл языком по её верхней губе, заставляя немного расслабить мышцы лица, затем сильно прикусил нижнюю губу, от чего Гермиона зашипела ему в рот. И в момент её замешательства он сделал небольшой шаг назад. Правая рука Драко оказалась на её левом бедре, и, сжимая ткань трусиков, потянула на себя, разрывая хилую ткань.
Гермиона вскрикнула и опустила руки вниз, чтобы прикрыть себя, но Малфой был быстрее. Ещё одно движение, и он разорвал трусики на её правом бедре, отбрасывая вниз переднюю часть белья.
Она почувствовала стыд за собственное положение. Вложила всю силу в руки и ударила Малфоя в живот, но её сопротивление встретили плотные мышцы пресса. Он даже не отступил назад и, не обращая внимания на мягкие удары Грейнджер, подхватил её под бёдра, придвигая на край подоконника.