Она чуть не задохнулась, оказавшись открытой перед его пахом. Это словно сидеть на краю пропасти и осознавать, что спрыгнуть вниз и уйти от реальности не получится. Гермиона продолжала бить Малфоя по животу и груди, она ощутила прилив сил и внутренне подбадривала себя. От таких движений юбка платья сдвинулась с её талии вниз и теперь прикрывала промежность, от чего ей сделалось легче.
— Отпусти меня! Отпусти! — сбившимся голосом просила Гермиона, продолжая молотить руками по корпусу Драко.
Она почти не видела его перед собой, фигура расплывалась из-за выделяющихся слёз. Его чёрная одежда — символ её траура по собственной судьбе.
Перед глазами — только темнота.
Звук молнии заставил Грейнджер замереть и потянуться рукой к глазам, чтобы вытереть слёзы. Вот она наблюдала, как правой рукой Малфой отвёл молнию штанов в сторону и потянулся к паху.
«О Мерлин!»
Глаза Грейнджер увеличились в размерах от осознания, что его член в полной готовности. Она увидела оттопыренную ткань его трусов и большого размера половой орган, что внушительно выпирал в сторону. Она всхлипнула, шмыгая носом. Малфой оттянул резинку трусов вниз, подхватывая рукой член, а её застывшие руки непроизвольно сжались на талии его рубашки.
Открывающаяся взору картина сопутствовала приливу сил и энергии, и Гермиона выкрутилась в сторону, делая попытку отодвинуться подальше и перекинуть ногу, чтобы сбежать. Драко зарычал от раздражения и грубо схватил её за шею одной рукой, а второй возвратил в прежнюю позицию.
— П-пожалуйста, Малфой, — она вцепилась руками за край подоконника так, что костяшки пальцев побелели.
В ответ тишина. Пугающая и раздирающая её рассудок.
Она подняла голову и взглянула на Драко, что вовсе не обращал на неё внимания, а смотрел вниз. Последовала его примеру, и её дыхание сбилось. Малфой держал член в кулаке и, сомкнув пальцы вокруг плоти, плавно водил ими вверх-вниз. Она крепко зажмурила глаза, ругая своё любопытство, и замотала головой из стороны в сторону.
— Н-нет, — слабый голос, кажется, не принадлежал ей.
Гермиона почувствовала влажное прикосновение к промежности и напряглась. Вот-вот, ещё немного, и её лёгкие разорвёт от недостатка воздуха. Открыла глаза и уставилась на его чёрную рубашку, на уровне живота.
— Я… — его твердая плоть настойчиво раздвинула складки половых губ. — Не, — он остановился, почувствовав углубление, — хочу.
Гермиона чувствовала, как его рука покидает горло и останавливается на её талии, с силой сжимая ткань платья, второй рукой Малфой направлял себя, делая лёгкие поступательные движения. Член скользил между складками вверх, задевая клитор, и возвращался обратно к преддверию влагалища. Только на этот раз сильнее надавливал на вход.
Ощутив напор, Грейнджер напряглась всем телом, а услышав его голос над ухом, не смогла сдержаться и заскулила.
— Не стоит расслабляться, ведь в любом случае тебе будет больно, — его слова были словно Ступефай, действуя на Грейнджер, и та замерла.
Она начала дрожать. Мозг перестал соображать и начал абстрагироваться от реальности, но и этого ей не получалось сделать до конца.
Малфой действовал жёстко. Толкался в неё, растягивая девственные складки и причиняя режущую боль. Грейнджер всхлипнула и упёрлась руками в его живот. Взгляд сам по себе опустился вниз, и она увидела, как Малфой, направляя себя рукой, ввёл в неё головку члена и громко выдохнул.
Гермиона хотела свести ноги, поэтому дёргала ими, причиняя себе ещё больше боли. Не в силах отвести взгляд от собственного унижения, она на выдохе проговорила:
— П-пожалуйста…
На этот раз Драко не молчал.
Он отпустил член, что так плотно и надёжно был схвачен в тиски её невинного влагалища. Положил руку на её талию и произнёс:
— Ну, раз ты так просишь…
— Мал… — её слова потонули в болевом крике.
Гермиона упёрлась руками в бёдра Драко и оттолкнула его. К большому разочарованию, он не отстранился.
Сильный толчок, и он вошёл до конца, заполняя её всю собой. Громко выдохнул в кудрявые волосы, ощущая прилив удовлетворения и ощущение правильности.
Грейнджер закрыла глаза, не в силах смотреть на разрушение собственного тела. Но темнота подкидывала ей мысль о том, что и душа её тоже разрушается. Холодные слёзы закипели на горячих щеках и обжигающими каплями падали на её руки.
Обратное движение вынудило её втянуть воздух носом и замереть в ожидании. Но долго ждать не пришлось, и Малфой повторил движение, ощущая липкую влагу, что тянулась за членом по влагалищу.