Гермиона понимала, что ему надоело ждать, поэтому сильнее сжала кулаки, собирая ткань трусиков в плотный комок. Она оттолкнула мысль о том, что её попытки напрасны, а разум отказывался мириться с тем, что её тело снова будет использовано для утех гадкого слизеринца.
Не давая ей опомниться, Малфой снова подался вперёд. Секунда, ещё одна, и Гермиона резко вскинула руку, швыряя свои трусики прямо ему в лицо. Он не отстранился, увидев, как что-то летит в него, а всего лишь прикрыл глаза. Но этих нескольких секунд хватило для того, чтобы Гермиона развернулась и выбежала из комнаты. Надеясь на его замешательство, она пробежала через кабинет-гостиную Малфоя и достигла двери. Слава Мерлину, ручка поддалась нажиму, и вот она, заветная…
С огромным притяжением дверь захлопнулась перед Гермионой, ударив её по лбу и носу. Она напряглась, словно струна, сморгнула пелену адреналина и прогнала страх прочь. Поняла, что это Малфой закрыл дверь, поскольку почувствовала поток магии возле себя, перед тем, как дверь закрылась, но не могла заставить себя повернуться. Когда-то она зареклась поворачиваться к нему спиной. Он враг, а к врагам нельзя стоять спиной, но сейчас… Сейчас ей нужно было усмирить дрожащее тело и сглотнуть горечь обиды.
Гермиона обняла себя и, слегка отпустив напряжение, повернулась в Малфою. Он стоял в двух метрах от неё, ухмыляясь своей фирменной улыбкой. Его правая рука потянулась вверх, и Грейнджер заметила клочок ткани — её трусики. Малфой собрал их в комок и бросил к её ногам.
Этот жест подействовал на Грейнджер словно красная ткань на быка, и она бросилась вправо, к книжным стеллажам. Желание казаться невозмутимой заменилось истерикой, и теперь она уже не думала о том, что её сопротивление, мольбы или другие действия вызовут в нём ещё большее желание. Банально, но инстинкт самосохранения кричал ей о том, что необходимо находиться от Малфоя как можно дальше.
Гермиона схватила одну из книг на полке и отбежала за стол, остановившись у окна. В защитном жесте она выставила перед собой фолиант, как бы намереваясь его бросить в Малфоя. Она внимательно смотрела, пытаясь считать его эмоции, и ожидала гнева с его стороны. Но, к большому удивлению Грейнджер, Малфой выглядел так, словно её Живоглот, когда тот объедался: спокойным и довольным.
Гермиона нахмурила брови, увидев, как Малфой подступает к столу, двигаясь по тому же маршруту, что и она. Её глаза слегка расширились, когда она поняла, почему на лице слизеринца отражалось довольство. Сейчас она стояла напротив двери, ведущей в коридор, по левую руку дверь в спальню, а перед ней — Малфой. Она сама себя загнала в клетку.
Они двигались синхронно: Драко наступал влево, а Гермиона — вправо. Получались движения как бы по кругу. Мерлин, словно они на дуэли! Почти так и есть.
И всё же Гермиона ждала, пока он, обогнув кресло, оказался по ту сторону стола. Теперь позади неё темнел вход в спальню, а слева — заветная дверь, ведущая на свободу. Она оценила ситуацию: бежать до двери метра четыре, но на её пути нет преград, а вот у Малфоя на пути стояло кресло. Хотя у него — преимущество в виде магии.
Не позволяя больше себе думать, Гермиона бросила книгу в Малфоя и стремглав рванула к двери, но та оказалась заперта. Не успела она вздохнуть от отчаяния, как Малфой ухватил её за левую руку, и, остановившись сбоку, нанёс удар по попе ладонью. Хлопок разнёсся по комнате, и в неверии Грейнджер вскрикнула от жгучей боли. Не успела она повернуться к обидчику, как почувствовала новый шлепок.
— Разве твои родители не рассказывали, как нужно обращаться с книгами, м-м-м, Грейнджер? — шипящий голос над ухом заставил её замереть.
От действий Малфоя было не так больно, как обидно. Он наказывал её словно провинившегося ребёнка. Гермиона дёрнулась и попробовала оттолкнуть его свободной другой, но у неё не получилось.
Меж тем лицо Малфоя посуровело. Гермиона старалась внимательно наблюдать за его настроением и при возможности просчитывать его следующие действия, поэтому сейчас ждала от него наказания. Но она никак не могла предугадать того, что произошло дальше.
Драко по-прежнему держал её за руку и, слегка наклонившись, поддел юбку платья, поднимая его вверх. Аккуратное касание к ноге привело Грейнджер в ступор, и она часто замигала. Рука Малфоя остановилась на её ягодице, мягко поглаживая кожу. Внезапный шлепок заставил её подпрыгнуть, издав возглас от неожиданности.