Теодор выглядел озадаченным, но внутри он испытывал облегчение.
— Ты спрашивал, насколько сильным стал Малфой. Так знай, он очень сильный. Он… он воплощение тёмной магии, и я, — её губы задрожали от попытки сказать правду о собственном падении, но Гермиона подумала, что это будет слишком откровенно. — И я не могу сопротивляться.
В два шага Тео оказался возле неё, он коснулся её щеки, поглаживая кожу большим пальцем руки.
— Ты славная девушка, Гермиона, — его голос действовал словно успокоение, — но так нужно.
Та отшатнулась от Нотта, широко раскрыв глаза. Так нужно?
«Для кого?
Он заодно с Малфоем?»
Она вдохнула воздух полной грудью и резко выдохнула, затем снова и снова, словно воздух превратился в ядовитое вещество, что заставляло её умирать от удушья.
Теодор подступил к Гермионе и, взяв её за плечи, встряхнул.
— Дыши! — приказал он. Она не выдержит.
А ведь Гермиона питала маленькую надежду на помощь в спасении от Нотта…
Он обнял её и притянул к себе, Гермиона не сдерживала слёз, что хлынули потоком обиды на весь волшебный мир.
— Время чувствуется по-другому, — услышала она шёпот над ухом и почти перестала дышать.
Время?
Она знала такое выражение. Даже не так, она знала такое состояние, в котором время чувствовалось иначе. Ещё с третьего курса…
Гермиона подняла голову и посмотрела в глаза Тео. Он просто кивнул, поджав губы, как бы сожалея.
— После того, как ты попала в мэнор… — он отстранился и смахнул одинокую слезинку на щеке Гермионы.
Тео знал, что она поймёт. Что ему не стоит объяснять то, что из-за её пребывания в плену Малфоя менялись потоки времени.
— Время, Гермиона… — он не договорил, а поспешил достать палочку. — Чёрт! Ты вспомнишь. Я знаю, — и приставил палочку к её виску. — Обливиейт.
Второй раз Тео применил это заклинание к Гермионе, и он надеялся, что она вспомнит вовремя. До того, как решит, что сошла с ума.
Он заменил их разговор на невинную болтовню о погоде и о том, что Теодору не повезло застать Малфоя.
— Тергео, — слёзы с лица Гермионы исчезли, будто их и не было.
Тео успел спрятать палочку. и в этот момент дверь в зал распахнулась.
Злой Драко направил палочку на Нотта, стоящего непозволительно-раздражительно и смертельно близко к Гермионе, и прошептал: «Аменсио».
Жалящее заклинание ударило огнём в грудь Тео, и тот отшатнулся, попятившись назад. Он зашипел от боли, что начала плавить его тело, и потянулся за палочкой.
Гермиона стояла на месте, затаив дыхание и зачарованно наблюдая за оранжевым лучом заклинания.
Когда она решила взглянуть на Малфоя, его лицо было перекошено от гнева. Ощущалась ярость, что витала потоками магии в воздухе.
«Впечатляющая сила», — подумала Гермиона. Но она не могла понять причину, по которой Малфой злился: он вышел из себя из-за того, что Нотт пришёл в его дом, не уведомив о приходе, или за то, что он разговаривал с ней?
Не выдержав пытки, Тео упал на колени и начал расстёгивать рубашку. Гермиона поспешила к нему, не обращая внимания на Малфоя и не заботясь о том, что может попасть под луч заклинания.
Нотт разорвал верх рубашки и уставился на абсолютно нормальную кожу. Он ожидал увидеть изодранную рану, сваренную плоть, поэтому шокированно смотрел на абсолютно здоровую кожу.
Гермиона остановилась в нескольких шагах от него; она поняла, что Малфой применил психологическую пытку. Она была знакома с таким заклинанием… и не раз.
— Малфой, прекрати! — её отчаянный крик привлёк внимание Драко.
Оранжевый луч погас, и Тео выдохнул с облегчением. Огромных усилий ему стояло сдержать крики, что рвались наружу из-за боли, но он вынес пытку. Поднявшись на ноги, взмахом руки Нотт вернул на место оторванные пуговицы рубашки и с сожалением посмотрел на Гермиону.
— Ты играешь с огнём, Малфой, — холодный и отстранённый голос казался Гермионе чужим, обделённым прежней теплотой и игривостью.
Драко подошёл к Теодору и, остановившись на расстоянии двух метров, горделиво ухмыльнулся.
— Я и есть огонь! — уверенно проговорил Малфой.
— Конечно, — криво улыбнулся Тео, — тогда я вода. Осторожнее, иначе кто-то подумает, что ты ревнуешь.
Малфой прищурил глаза и фыркнул.
Гермиона не знала, куда смотреть и куда деваться. В который раз она оказалась в очень неудобной ситуации. В опасной ситуации, что могла привести к дуэли.
Мерлин! На чьей стороне ей стоило быть в таком случае?