— Послушай, я…
— Ты напишешь послание. Грейнджер, — Драко был не рад, что стал таким многословным, — и Поттеру очень повезёт, если он не поверит.
Она стояла нерушимо, слушая свой приговор. В который раз. В мэноре никто не считался с ней. Гермиона подумала, что, пожалуй, готова лучше умереть, чем…
«Ты не умрёшь».
Она посмотрела на Малфоя глазами, полными слёз.
— А что тогда со мной будет?
Драко выжидающе посмотрел в ответ. Поправил рукой пергамент и покрутил запястьем из стороны в сторону, чтобы волшебная палочка выскользнула из рукава водолазки. Конечно, Грейнджер этого не видела. Её зрение медленно тонуло в слезах. Малфою было невыносимо смотреть на Гермиону, поэтому он посмотрел поверх её плеча и решительно проговорил:
— Я тебя защищу.
Она фыркнула, а из глаз полились слёзы.
Гермиона не видела, как рука Драко согнулась в локте, как он вычертил руну волшебной палочкой и, прищурив глаза, чётко произнёс:
— Империо.
«Не-е-е-е-е-т!»
— Садись за стол, — обратился к ней холодный голос.
Протест разума был подавлен, и Гермиона с воодушевлением последовала приказу. Ей неприятен был человек с платиновыми волосами, что так серьёзно смотрел на неё. Она не будет смотреть на него, но будет следовать его указам. Она подошла к столу и села, положив руки на колени.
— Возьми перо и пиши, — Драко тоже не смотрел на Грейнджер: ему было противно.
Противно знать, что он катится в бездну, как каменная глыба, теряя моральность и принципы, словно отколовшиеся частицы монолита.
— Гарри, — он всё же взглянул на Грейнджер, что выводила ровным почерком имя друга на пергаменте, — поставь восклицательный знак.
Увидев, что она всё исполняет, Драко удовлетворительно кивнул и отвёл взгляд.
— Я слышала, что Малфой переместит меня из мэнора в летний дом Малфоев в графстве Кент. Возможно, это шанс, — Драко снова взглянул на неё, — поставь в конце три точки.
Он подошёл к ней со спины и взглянул на пергамент как раз в тот момент, когда на него капнула слеза. Влага не задела чернила, и Малфой поспешил убрать мокрое пятно и защитить письмо от слёз.
— Напиши в конце: «Будь осторожен» и поставь подпись.
Когда Гермиона закончила, Драко сложил пергамент пополам, а затем ещё раз. Взмахом руки он отменил подавляющее волю заклинание, но так и не посмотрел на Грейнджер.
— Кричер!
Она вздрогнула от резкого голоса за спиной. Прошло секунд десять, прежде чем эльф явился.
— Хозяин Драко звал? — слегка поклонился и без того сгорбленный эльф.
Гермиона. Бедная Гермиона испытывала двойной шок: от Империуса и от того, что Кричер жил в штаб-квартире Ордена и слушался Драко. Она была подавлена и не могла ничего с этим поделать. Только что она потеряла не только волю, но и возможность двигаться. Шок сжал её горло невидимой рукой и душил, причиняя боль.
— Найди Поттера и отдай это ему, — Драко протянул сложенное вчетверо письмо, — скажи, что грязнокровка умоляла тебя передать, когда сегодня ты был в Малфой-мэноре.
— Кричеру не нравятся грязнокровки, — пробубнил эльф, но взял послание из рук Драко. — Кричер служит благородному роду Блэков, ему не нравятся скользкие предатели Малфои и паршивые гряз…
— Хватит болтать, иначе я сделаю с тобой то, что тебе действительно не понравится, — отрезал Драко и махнул рукой.
Кричер исчез, а Малфой остался наедине с совестью, потому что устои Грейнджер были рычагом давления на его поступки. Сейчас он поступил плохо, но Драко не готов был этого признать. Он готов был поломать её, лишь бы не показывать, что он меняется. Меняется из-за неё и для неё.
Чёрт! Да он менял мир для их будущего! Вот почему Драко готов был пойти на малые жертвы, потому что он знал цену настоящей победы. Он всё просчитал и обдумал. Осталась только малость — довести до конца.
Малфой решительно повернулся и направился к Грейнджер. Она вскочила на ноги, опрокинув стул, и попятилась в противоположную от Драко сторону. Ей хотелось кричать на него, вопить от несправедливости и крушить всё вокруг, но на деле, он еле переставляла ноги.
Когда Драко обошёл стол и оказался в трёх метрах от Грейнджер, она не выдержала, развернулась и побежала к выходу. До двери осталась пара метров, когда плотное кольцо рук заключило её в объятья, и она оказалась прижата к груди Малфоя.
— Отпусти! — прошипела она грозным голосом.
Драко сжал руки ещё сильнее, отвечая этим жестом.
— Нет, Грейнджер, — он прижался щекой к её виску, — я не отпущу.
Гермиона попыталась разжать его руки, царапала предплечья ногтями и топала ногами в надежде попасть по его стопе, но тщетно.