— Ты ушёл от темы, Тео. Но теперь мы с тобой поговорим обо всём, что интересует меня.
Малфой усадил Теодора в кресло, а сам стал напротив. Он не знал, что желание выяснить правду и мотивы Теодора подорвёт его эмоционально-психологический настрой. Не подозревал, что впереди его ждут новые открытия похлеще того безумия, что он узнал в кабинете отца.
— Знаешь, Драко, меня тоже кое-что интересует: ты на стороне Лорда или Грейнджер? — вопрос Нотта стал неожиданным для Драко.
Малфой разозлился. Желваки на скулах напряглись, так что послышался скрежет зубов. Он предпочёл бы не принимать ничью сторону, но жизнь заставила его жить в темноте, подвергаясь атакам света. Значит ли это, что теперь он должен будет примкнуть к светлой стороне?! К чёрту! Нет! Скорее он вытащит жилы и намотает их на кулак, чем впредь станет выбирать чью-то сторону и играть по установленным правилам.
— Я выбираю себя, — с вызовом произнёс Драко и, не выжидая ответа, приставил палочку к виску Тео, — Легилименс!
Чёрт! Малфой налетел на преграду в виде тонких запутанных синеватых линий. Точно жилы намотаны в разуме Нотта. Он стойко выдержал первую попытку вторжения в собственные воспоминания. Тео отвёл взгляд к окну и всеми силами старался внимать темноте за границами дома. Он представил, как птицей вылетает в окно, ныряя в ночную темноту. Он парил над землёй в тишине и гармонии с собой, но в какой-то момент сильный порыв ветра заставил его всколыхнуться. А затем ещё и ещё. Тео сносило к земле, словно магнит притягивал его птичье тело. Сквозь шум в ушах он слышал голос из-под земли.
— Твоё сопротивление выглядит интригующе.
Теодор зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел лицо Малфоя напротив своего. Ему не понравился зрительный контакт, поэтому он решил пойти на диалог.
— Я отвечу на твои вопросы.
Но Малфой лишь цокнул языком, отводя голову в сторону.
Драко уже давно начал подозревать, что у Нотта свои скрытые мотивы, которые не связанные со службой Лорду. Скорее всего, это было что-то личное, и его сопротивление — прямое тому доказательство.
— Не-е-е-т, — протянул Малфой, фиксируя взмахом палочки голову Теодора, чтобы установить зрительный контакт, — я узнаю сам.
В глазах Тео отразился оттенок иронии, но, возможно, Драко показалось. При виде безразличия Нотта терпение Малфоя трещало по швам. Он снова приставил волшебное древко к виску друга.
— Что бы ты ни увидел, держи себя в руках, — Тео произнёс это настолько тихо, что Драко усомнился, не были ли эти слова плодом его фантазии.
А фантазия Малфоя работала против его нервной системы, возбуждая в нём ревность к Грейнджер. Вот почему Драко решил начать с диалогов ее и Теодора.
— Легилименс, — с напором и злостью Драко произнёс заклинание, намереваясь добиться своего.
«Грейнджер… Гермиона Грейнджер… Гермиона…»
Он блуждал по паутине воспоминаний, ведомый именем той, которую ни разу не называл по имени. Но Тео звал. Всегда. В уме. В притворстве он именовал её как угодно, но в уме всегда обращался по имени, в отличие от Малфоя.
Драко сжал зубы в который раз. До скрежета и треска. Если они сегодня не треснут под гнётом его гнева, это будет чудом. Факт того, что Нотт называл грязнокровку — поправочка, его грязнокровку — по имени, призывал тошноту и некое волнение. О чём ещё Малфою предстояло узнать?
Образ Грейнджер возник внезапно, когда она внезапно выскочила из-за угла. Драко остановился на этом моменте, подробнее рассматривая его в памяти Нотта.
Увидев, кто перед ней, она вздохнула, наверное, с разочарованием, но это не точно. Драко прищурил глаза, стараясь прочесть каждую эмоцию на её лице. Улыбнулась она несмело и как-то натянуто, руки сцепила в замок, словно волнуется.
«Эй-эй, грязнокровка! Неужели тебя так волнует встреча с Ноттом?!»
Драко сжал палочку сильнее, до белесых костяшек на руке, сдерживая себя от прилива ненависти и желания изувечить Теодора. А следом за ним найти Грейнджер и повторить с ней то же самое. Сделать этакий диптих, раз у них такие тёплые встречи.
— Привет, — несмелый голос Грейнджер полоснул по ушам.
— Привет, Грейнджер.
«Слаженно, вместе проговорили.
Она смущается. Ну да, ну да, ты только со мной дерзкая и уверенная, да, грязнокровка?
Смотрит внимательно, словно хочет что-то спросить».
Драко слышал шум в ушах. Мозги кипели, поднимая крышку, как у кипящего чайника.
— У нас мало времени, поэтому давай сразу к делу.
«Какие ещё дела, Нотт?»
Рука дёрнулась, и палочка нанесла режущее в область виска. Тёплая кровь засочилась по лицу Тео, но он терпел, осознавая, что сейчас лучший момент для того, чтобы открыться Малфою.