— При том, что она беременна мной.
Глава 39
Гнев.
Ярость.
Мигрень.
Смятение.
Желание убить и наконец…боль.
Душевная и физическая.
Если бы Гермионе сказали, что она будет испытывать после того, как освободиться из плена, она бы подумала дважды, стоит ли бежать от него.
От Малфоя.
Определённо, после освобождения её жизнь не казалась столь лёгкой и радужной, как когда-то представлялась. Второй день подряд Гермиона отлёживалась в отведённой ей комнате, ссылаясь на слабость и головную боль.
А ещё её тошнило.
Ощущения плотно связали её с Малфоем, из-за чего переживания любых его эмоций или физических изменений очень остро отражалось на самочувствии Гермионы. Вечером к ней заглянула Джинни, и, увидев, как желудок Гермионы отверг ужин, задала совсем некорректный и постыдный вопрос. Хотя и ожидаемый, если учесть, что Гермиона была плену у Пожирателей.
— Ты, случайно, не беременна? — приподняв брови в удивлении, невинным голосом осведомилась Джинни.
Цвет лица Гермионы вмиг переменился с мертвенно-серого на багровый. Даже прохладная вода из крана не помогла остудить жар стыда и злости, что поджигал кожу. Она спрятала лицо в полотенце, сдерживая слёзы. Потёрла махровой тканью по щекам, делая вид, что тщательно вытирает влагу.
— Конечно, нет, Джинни! — надломленным голосом ответила она.
Видимо, Уизли поняла, что сказала глупость. В данной ситуации её слова прозвучали излишне радостно и несколько дерзко. Слышать такое предположение после длительного пребывания у врага…хм… мягко говоря, было больно. Джиневра извинилась за собственную глупость и поспешно удалилась из комнаты, обещая, что будет охранять покой Гермионы и позаботится, чтобы её никто не тревожил.
Дверь за ней захлопнулась, а тревога осталась. Гермиону трясло от наплыва чувств. Собственных. Его. Общих.
Она легла на постель и скрутилась калачиком, прикрывая глаза. Под давлением век слёзы заструились из глаз в надежде принести хоть малую долю облегчения.
Гермиона страдала. Она понимала, что глупо поддаваться эмоциям, но ничего не могла поделать. Разлука с Малфоем была ей в новинку, а значит, стоило перетерпеть и попробовать подавить его в себе.
Она накрылась одеялом, зажав край ткани в кулаках, и приготовилась к тяжёлой ночи, что не сулила ей ничего утешительного и приятного.
* * *
Тук-тук.
Тук-тук.
Тук… Тук.
Замерло.
То ли сердце. То ли время.
Малфой вылупился на Нотта, приоткрыв губы. Не дышал. Застыл, как статуя, в неверии выпучив глазные яблоки. Если бы мог — завыл бы от шока. Пелена изумления застилала глаза, словно ширма театра. Антракт, Малфой.
Рука дрогнула, выпустив волшебную палочку, что откатилась к стене. Окоченевшие пальцы потянулись ко рту, чтобы вытереть скопившуюся слюну на мертвенно-синих губах. Вкус крови опалил рот, запахло железом, от чего Драко скривил нос.
Что-то не так. Он свёл брови на переносице, пытаясь прийти в норму и уловить суть оборвавшегося диалога.
Это бред. Точно бред или последствия Обливиейта? Может, он ещё в сознании Нотта? Что было до… До неверия? До противоречия и оцепенения? До полного отказа организма? До превращения в статую?
Он спрашивал. Нотт не отвечал. Он исследовал его память и в какой-то момент попал в ловушку, увидев фото беременной матери. Да-да, Драко. Ты на верном пути. Так вспоминай, что было дальше?
Дальше ты вышел из воспоминаний…
«А вышел ли?»
Малфой провёл ногтем по нижней губе, нарочно царапая тонкую слизистую. Защипало. Закололо. Почти больно. Веки быстро увлажнили глаза, пелена начала спадать. Он в сознании.
«В чьём, идиот?
В своём, конечно!»
Малфой потянул пальцы от губ к виску и с нажимом коротких ногтей, провёл ими вниз по щеке, оставляя розовые следы на коже.
«В своём. В себе».
Он уставил взгляд в пол, надеясь, что смена картинки изменит реальность.
Так что там дальше-то было? Да, действительно. Нотт ответил. Сразу. Да так, что с ног свалило. Сшибло. Снесло рассудок, вместе с тупой башкой.
«Но я не знал!
Не знал.
Так спроси ещё раз. Давай. Вот он перед тобой — Теодор Нотт. Или не Нотт?»
«Малфой?»
«Блэк?»
— Ответь ещё раз! — зло зашипел Малфой.
Вот он, Тео. Друг детства. Верный и бескорыстный. Стоял и смотрел.
— На том фото, — Тео сглотнул душащий ком в горле, — Нарцисса беременна мной.