Капает. Что-то капает.
Вода?
Кровь?
Рассудок или жизнь?
На задворках сознания она слышала звук падающих капель.
Понимание того, что она всё ещё жива, заставило её скривиться. Боль во всём теле подтверждает её догадку: она всего лишь потеряла сознание. Навязчивый звук капающей воды начинает раздражать, и Гермиона открыла глаза, чтобы увидеть источник шума, но быстро закрыла их.
Ещё одна попытка, на этот раз без страха. Она открыла глаза и увидела над головой кран, из которого на неё летит капля. Гермиона смотрела на это с широко раскрытыми глазами. Секунда, две — и капля ударилась об лоб, разбиваясь на множество мини-частиц, орошающих часть лица.
Холод. Ощутимый холод по всему лицу. Так что мышцы сводит от малейшего движения.
Сколько она так лежит?
Грейнджер попыталась повернуть голову, но ничего не получилось. С болью в душе девушка осознала, что не чувствует ног и рук. Почему-то внутри жила уверенность, что с конечностями всё хорошо. Не могли же они отказать от Круцио? Или могли?
Проклятый Малфой что-то сделал с ней. Мерлин, да в последнее время только он и причастен ко всему, что происходит с её жизнью!
Провела зрачками влево и вправо и обнаружила свою привычную темницу… Хоть здесь без перемен.
Из нового — только кран над её головой.
Изверг наколдовал кран с водой. Точнее с каплями.
Облегчённый выдох позволил немного расслабиться и почувствовать сильный импульс боли, который пробил мышцы всего тела. После боли наступило раздражение из-за капающей воды. Значит, тело чувствует боль — это хорошо. Обнадёживающее открытие. Перевелала взгляд на кран с капающей водой и тяжело вздохнула.
Когда-то бабушка говорила, что пока ты чувствуешь боль — ты живёшь. Согласно этому, если не чувствовать никакой боли, ни физической, ни душевной, можно ли считать себя мёртвым? Интересное утверждение, которое заставляет задуматься над каждым словом.
А ещё интересно ощущает ли Волдеморт хоть что-то? Боль, жажду, голод, сострадание или любовь? Ненависть он чувствует однозначно, возможно даже, ко всем одинаково. Как только его прихвостни не замечают? Или они видят, но настолько его боятся, что не решаются что-либо предпринять? Гермиона пришла к выводу, что он чёрствый, как корка ржаного хлеба недельной давности. Отсюда вывод, что маг мёртв. Забавное утверждение по отношению к тому, кто бессмертен…
А что насчёт Малфоя? Он чувствует? О, да. Его уж точно нельзя назвать мёртвым. Девушка отчётливо видела ненависть в его глазах, а ещё злость. Этот гад живой и полный злобы, и всей грязи, которая только может уместиться в человеческом сознании и душе. Не удивительно будет, если окажется, что и Люциус припрятал пару-тройку крестражей. Хотя ему в пору присоединиться к «мёртвому» Повелителю…
Вода. Чёртовы капли воды. Ублюдок знает толк в пытках. В маггловских пытках, Гермиона поправила себя мысленно.
По телу прошла дрожь, заставляя сжаться каждый нерв. Её настигло ощущение, что мозг сжимается и отказывается воспринимать реальность. Все мысли отправились на задний план. Нет сил и желания продолжать размышления: на фоне ледяных капель все потеряло смысл. Остались только раздражение и ощущение неудобства в застывшем положении. Но спустя несколько минут и это ушло на второй план, оставляя Гермиону наедине с капающей водой.
Каждая капля отдавалась шумом в ушах и эхом в голове. Складывалось ощущение, что мозг сжался до размера ореха, а то и хуже, из-за чего в черепной коробке раздавалось эхо после каждого соприкосновения со лбом.
Прошло время. Много или мало? Уже не важно, потому что на смену отсутствующего мозга с мыслями, пришла боль. Капли, словно молот, били по голове, активируя нервные окончания и заставляя содрогаться всё тело.
Гермиона застонала, с удивлением замечая, что у неё есть голос. Она никогда не считала разумным кричать во время боли, думая, что это ненужное проявление слабости. Боль можно терпеть молча, зачем же тратить силы на крик? Но теперь волшебница не была уверенна в своих ранних убеждениях. Пока что её тело находило долю облегчения в создании звуков, которые с каждой каплей преобразовывались. Поначалу они напоминали стоны тяжело больного человека, затем — рычание, а в конце — скулёж побитой собачонки.
Дверь камеры щёлкнула. А может, это её здравый смысл сломался?
Открой глаза. Открой глаза.
Маленький мозг дал ей подсказку, как проверить собственное предположение. Но тело отказывалось выполнять приказ, держа её в кромешной тьме, наедине с молотом, болью и жалким голосом.
— Открой глаза. — Строгий повелительный голос. Он вернулся.
Открыть глаза. Веки медленно поднялись, и Гермиона не заметила капающей воды. Но почему же её тело содрогнулось, а связки так и норовят поддаться порыву боли?
Краем глаза она заметила Люциуса, который подошёл ближе и ехидно улыбнулся.