Ногами упираюсь о кровать. Мигаю раз, два, и делаю резкий рывок в правую сторону. Он кидается за мной, останавливаясь впереди и преграждая путь.
— Вижу, ты готовилась к моему приходу, грязнокровка. — Бросает взгляд за моё плечо, и я не понимаю, о чём он говорит.
Поворачиваю голову: сзади меня постель, на которой лежит мокрая толстовка. Чёртов извращенец. Слышу шорох одежды и возвращаю взгляд к Макнейру. Он расстёгивает мантию, и та падает на пол. Кажется, я теряю самообладание, поскольку губы начинают дрожать в такт со всем телом. Пытаюсь найти выход из ситуации, но разум отказывается соображать. Ничего, кроме самоубийства, не приходит на ум. Осознание того, что только мёртвая не вызову интереса у Пожирателя, порождает спазм по всему телу, отчего волосы на голове начинают шевелиться.
Здесь нет ни одного предмета, который смог бы послужить мне в качестве орудия для самозащиты. Даже чёртова свеча не сможет ничего поджечь!
Он снова направляется ко мне, а я делаю попытку отбежать в другую сторону. Разворачиваюсь и пробегаю несколько метров, как вдруг мужчина резко хватает меня за талию и отбрасывает в сторону кровати. Я падаю на пол, ударяясь головой о свою постель. Как же больно. В глазах появляются слёзы, и я делаю попытку встать, но маг хватает меня за лодыжку, подтягивая к себе. Я бью его свободной ногой, но он перехватывает вторую конечность, сводит ноги вместе и буквально прыгает на меня сверху. Он сидит на моих бёдрах, ноги расставлены по бокам, а попытки вывернуться из такого положения бесполезны. От шока и боли я начинаю бить его руками и крутить телом, надеясь скинуть Пожирателя с себя.
Наотмашь он бьёт меня по щеке и, пользуясь замешательством, хватает мои руки своей одной. Мне не хватает воздуха, я не могу сделать вдох и начинаю задыхаться от истерии, которая сковала тело.
Палочка. Я могу попытаться выхватить его палочку.
Но маг, кажется, вспомнил о ней: одно движение — и мои руки туго перетянуты верёвкой, которая больно впивается в кожу, не давая возможности пошевелить запястьями. По мановению его палочки мокрая ткань кофты с треском разрывается на груди. От досады я кричу и начинаю бить его связанными руками, пытаясь как можно сильнее приложиться по мужскому корпусу. Ноги согнула в коленях и стараюсь посильнее ударить его в спину, но получаются лишь слабые толчки, из-за которых маг только немного поддается вперёд. Такое впечатление, будто я нарочно подталкиваю его ближе к себе, поэтому я прекращаю наносить удары ногами.
Он сдвигается ниже, садясь на мои колени. Меня потряхивает от холода и страха, я чувствую прикосновения рук к талии.
— Ты такая мокрая. — Похотливый взгляд блуждает по моему телу, ни на секунду не останавливаясь на конкретной части. Чувствую, как накатывает тошнота из-за его оскаленной усмешки. — Какой Малфой увлажнил тебя? Старший или младший?
Меня сейчас вывернет. Не выдерживаю и начинаю кричать.
— Помогите! Помогите! — Но в ответ я слышу его громкий смех.
— Ты ещё накричишься, поверь мне. — Он расстёгивает пуговицу и молнию на моих штанах, тянет их вниз вместе с бельём.
Я кричу, что есть силы, но в гробовой тиши не слышу ни единого намёка на спасение. Ничего не вижу. Не хочу видеть. Я благодарна солёным слезам, которые украли мою способность видеть. В этот момент я желаю себе смерти. Я прошу о ней у всех святых. Лучше умереть, чем пережить то, что этот урод собирается сделать со мной.
— Скажи, Малфой уже объездил тебя? — Хриплый голос заставляет на секунду замереть.
— Я не лошадь! — Кричу в ответ, словно сейчас важно отстоять свою личность.
— Ну конечно. — Он сдвигается вниз, в попытке снять мои джинсы.
Я вжимаюсь всем телом в пол, намереваясь помешать этому. Связанными руками толкаю его конечности, бью по ним и пытаюсь царапать. Сквозь пелену слёз я вижу, как он облизывает пересохшие губы, оставляя на них влажную слюну, которая вот-вот будет капать вниз.
Отравись своим ядом, извращенец!
Пожиратель сильно дёргает ткань штанов, и у него получается оголить мои бёдра. Хочу поднять ноги, но он сильно придавливает их своим телом. Пытаюсь накрыть руками лобок, но чувствую, как магия тянет их вверх, фиксируя над головой.
Только не это…
Вижу, как он впивается взглядом в оголившийся кусочек тела. Зажмуриваю глаза, чтобы не чувствовать стыд и не видеть своего унижения. Голос куда-то пропадает, и я сквозь всхлипы просто повторяю: «Помогите… Помогите.»