— Так и есть, — теперь в разговор вступил Люциус, — у нас даже грязнокровка лучшая.
— Лучшая, — с усмешкой ответила я.
Сильнейшая магия сбила меня с ног, унося назад в полки с бельём. Я ударилась о них, слыша треск собственных позвонков. Чистая ткань попадала на меня сверху из полок, накрывая своей тяжестью и прибавляя боли.
Я стонала, не в силах что-либо сделать. Похоже, теперь пришёл мой конец.
«Хочу жить, просто жить.
Пусть даже так паршиво, как сейчас, в мэноре.
Я знаю, что потом всё будет хорошо. Будет лучше, я заслуживаю лучшего».
— Пожалуйста, — прошептала я себе под нос, не зная, услышат они меня или нет.
Кто-то схватил меня за шею, не давая возможности сделать вдох. Я открыла глаза и поняла, что Малфои, стоя в нескольких метрах, направили волшебные палочки на меня.
Конечно, ещё одно упражнение в тёмной магии. Готова поспорить, они соревнуются за право убить меня. Я бы рассмеялась им в лицо, если бы могла.
Просто не было сил, чтобы пошевелиться, чтобы бороться или хотя бы сделать вдох. Я чувствовала, как лицо нагревается и делается горячим, а давление в голове достигает невыносимого предела.
Закрыла глаза, но на краю сознания понимала: я не могу умереть.
«Я не хочу!»
Прежде, чем упасть в темноту, я почувствовала, как моя магия находит выход из тела, преображаясь в видимый жёлтый сгусток. Свечение скопилось надо мной, улетело в сторону и мощной волной сносло Малфоев.
Я снова слышала ругань, на этот раз от двоих магов одновременно.
* * *
— В… уме… Тёмный Лорд… приказ… безрассудно… — я слышала очень-очень знакомый строгий голос, который монотонно отчитывает ребят за что-то. И так каждый раз, когда мы приходим на урок, — …Взрослых мага, чем… только думали. Вашему безрассудству нет объяснения. Убить того, кого… приказал не… такой поступок можно приравнять к самоубийству.
«Стоп! Профессор Снейп? Предатель!»
Тошнота. Я чувствовала её настолько сильно, что не хотела открывать глаза, но всё же медленно пришла в себя. Моргнула раз, два. Перед глазами видела только серую пелену, которая мешала обзору.
В нескольких метрах от себя я наблюдала три пары мужских ног. Зажмурилась и старалась привести зрение в порядок, но у меня не получалось. Сил не хватало, чтобы пошевелиться, и мне оставалось только слушать мужчин, валяясь на полу.
— Я понимаю, что и труп можно держать в сохранности, но помилуйте, как у него добыть информацию?! — баритон профессора звучал угрожающе.
Меж тем Малфои молчали. Я хотела бы посмотреть, как они смиренно выслушивают Северуса Снейпа.
— Девчонка всегда была криворукой, не стоит воспринимать её проступок как нечто личное.
— Это оскорбление.
— Для тебя всё оскорбление, Люциус, — кажется, в голосе предателя был слышен намёк на веселье.
— Её жизнь — твоя жизнь. Улавливаешь?
Захотелось сжаться от его голоса.
— Пока что, — недовольно прошипел Малфой-старший.
— Вот и тешь себя мыслью, — послышались шаги, — а теперь, Люциус, пройдём в твой кабинет. Есть разговор.
— По какому поводу? — заинтересовался тот.
— Придумаем, какую информацию ты можешь предоставить Лорду, после так называемого допроса грязнокровки.
«Что?! Нет, нет и нет!
Предатель!»
В ответ на свои мысли я лишь простонала, пытаясь пошевелиться.
— Я займусь ею, — противный голос Малфоя-младшего заставил меня замолчать.
Открыв глаза, я наблюдала перед собой одну пару ног. Видимо, хорёк остался, чтобы потешить своё эго. Как бы мне ни хотелось стоять перед ним с гордо поднятой головой, я не находила сил, чтобы встать.
Чувствовалось истощение: физическое, магическое и моральное. Ещё никогда в жизни я не была настолько опустошённой.
Он подошел ближе, и я зажмурилась, опасаясь очередного приступа его гнева.
— А ты сильнее, чем я думал, — ровным тоном произнес Малфой.
Почему-то эти слова казались комплиментом в мою сторону. Наверное, из-за того, что раньше я слышала лишь оскорбления из уст слизеринца.
Повернула голову прямо, чтобы видеть его лицо. Я не чувствовала стыда за своё положение, глубоко в душе я знала, что сильнее, чем думала. Как и то, что никто этого не знал.
— П-ф-ф, ты не думал об этом, — я смотрела в глаза Малфою и видела, как тот ухмыляется.
— Ты права, я вообще не думал о тебе, — он переступил с ноги на ногу и вернул взгляд мне, — подымайся.
— Не могу, — чуть тише сказала я.
— Что болит? — деловито спросил Малфой.
— Всё.