— Если бы я хотел сделать тебе приятно, то обошёлся бы без колдовства, — скривив губы в ухмылке, прошипел он. — У тебя нет выбора.
— А мне кажется, это у тебя нет выбора.
Это она сказала?
Гермиона сомкнула плотно губы, осознавая, что сейчас попросту сказала фразу, совсем не подумав над смыслом и последствиями. Она опустила взгляд на руку Малфоя, с удивлением обнаружив, что он до сих пор держит её кулон. Сразу заметила, как кулак сильнее сомкнулся на украшении. Мышца на предплечье напряглась, выделяясь из-под ткани продольным холмом.
Гермиона подпрыгнула от шума, который раздался по сторонам от них. Резкий поворот к источнику открыл ей обзор на правую стену, штукатурка на которой трескалась, словно от мини-взрывов, и с грохотом обваливалась на пол.
Это его магия? Невероятно, но Малфой предпочёл выплеснуть злость в виде энергии на стены, нежели на неё. От радостного шока Гермиона стояла с приоткрытым ртом, не веря в то, что происходило вокруг неё.
Малфой шумно выдохнул.
— Малфой, я просто…
— Когда-нибудь ты перестанешь быть хрупкой и нужной… — он сделал паузу, поводив челюстью из стороны в сторону. — И я буду рядом, чтобы забрать у тебя всё, чем ты так дорожишь.
С каждым произнесённым словом глаза Гермионы расширялись всё больше и больше. Она затаила дыхание, внимательно слушая и почему-то принимая на веру каждое слово. Она переместила вес на правую ногу и потёрла правое предплечье рукой, стараясь прогнать табун морозных мурашек, которые проявлялись на всём теле.
Гермиона решительно посмотрела Малфою в глаза и приглушённым голосом ответила:
— Мы ещё посмотрим, — выдохнула она с шумом, сдерживая собственный гнев.
В этот момент раздался щелчок, и ведро, стоявшее в двух метрах от них, разорвалось, выплёскивая белую жидкость по комнате. Малфой отпустил кулон, и, взяв Гермиону за предплечье, повернул спиной к ведру. Она стояла, ощущая, как тяжелая жидкость касается спины, ног и волос, пачкая её всю. Теперь можно было с уверенностью сказать, что в ведре была шпатлёвка.
Малфой отпустил её руку, чем привлёк к себе внимание. Только сейчас Гермиона заметила, что он тоже испачкан. По правому плечу стекала густая шпатлевка, красиво пачкая серый свитер. В желтоватых прядях волос виднелся сгусток жижи, посягнувший на святое.
Забавно, теперь он стал жертвой собственной магии.
Гермиона по-детски хихикнула, отступила на шаг назад, оценивая общий вид Малфоя, и снова улыбнулась.
— На этот раз это сделал не я.
Улыбка на её лице погасла так же быстро, как и появилась. Что он такое говорил? Не могла же она не почувствовать собственной магии.
Искорка страха промелькнула в её глазах, и не зря. Быстрое движение руки, словно змея сделала выпад. Она вскрикнула, но тут же затихла от сильного сдавливания горла подрагивающей рукой Малфоя.
Глаза его — чистая буря — сверкали злостью и презрением, хоть не смотри. Но Гермиона смотрела, беспомощно пытаясь донести до него, что не использовала магию. Она отрыла рот, чтобы объяснить, но Малфой сильнее сжал горло, отбирая любые попытки к оправданию.
— Ремонт затеяли? — раздался заинтересованный голос со стороны.
Малфой прервал зрительный контакт, бросив взгляд на Локи. Ослабил хватку и убрал руку, место которой заняла её собственная рука, растирающая шею. Он прошёл мимо Гермионы, всем видом показывая, кто в доме хозяин. Будто ей было нужно объяснение.
— Убери здесь, выдай ей второй комплект одежды, — строгим голосом Малфой отдавал приказы эльфу. Он остановился в дверях, не поворачиваясь, и проговорил: — Приглядывай за ней всё время.
Он вышел за двери, а Гермиона облегчённо выдохнула.
Глава 14
После того, как Малфой покинул её комнату, Гермиона решила во что бы то ни стало узнать его тайну. Почему тайну? А кто об этом знал? Вот именно, никто, кроме неё. И то ей повезло по счастливой случайности или из-за счастливой случайности, которую зовут Локи. Она отдавала себе отчёт, что лишь благодаря эльфу те жуткие воспоминания остались при ней.
Малфой с пылу с жару применил Обливиейт, но Локи случайно оказался на пути магического воздействия.
«А случайно ли?
Нет, стоп.
Об этом потом».
Всё же, усмирив свой гнев, Малфой осознал, что Обливиейт принесёт урон её памяти. А ему, судя по всему, нужны были её воспоминания, чтобы услужить своему Лорду.
И хотя всю её память перерыл Волдеморт и проверил на прочность Люциус Малфой, было и то, чему они не придали значения.
Драко Малфой не понаслышке знал о Золотом трио, он был их сокурсником, весьма наблюдательным и умным. Он склонен к анализу, а это значит, что просмотрев все воспоминания Гермионы, он сможет сопоставить факты и предположить местонахождение Гарри. Она лишь надеялась, что после её похищения Орден сменил место пребывания и что о безопасности Гарри позаботились надлежащим образом.