Глава 15 Контакт
Вихрь магии закручивает Гермиону, плотно прижатую к Малфою и полуживую.
Фа-фа, Гермиона!
Она зажмурилась, тело дрожит от страха, а быстрое перемещение влияет пагубно, заставляя чувствовать озноб. Девушка думает, что мертва, ведь она не слышит стук собственного сердца: оно точно осталось, упав к ногам, в том злосчастном коридоре.
Ей кажется, что она теряет рассудок, как и способность дышать, с каждым новым витком. На секунду возникает мысль, что Малфой аппарирует подальше из мэнора, чтобы убить её без свидетелей. Чувствует ослабление заколки, которая слетает из-за перемещения, и мягкие локоны начинают жить собственной бешеной жизнью.
Неприятное чувство тяжести давит на живот, вызывая тошноту, пока сознание не подсказывает, что это рука слизеринца так цепко держит её.
Он ещё сильнее прижимает Грейнджер к себе одной рукой, а второй всё также закрывает рот. Движение замедляется, и она решает открыть глаза. Несколько секунд — и она чувствует твёрдый пол под ногами, ещё несколько секунд — и окружающая среда приобретает точные очертания… её комнаты.
Они стоят посредине комнаты лицом к окнам и столу. Малфой по-прежнему держит её очень крепко, словно змея в смертельных кольцах своего тела. Теперь она ощущает собственное сердце, которое трепыхается в груди. А позади чувствует размеренные удары его сердца, которые сбывают её собственный ритм.
Гермиона не решается пошевелиться или оказать сопротивление.
Не время.
И если б не его стабильный сердечный ритм, она подумала бы, что Малфой тоже шокирован от того, что увидел в кабинете. Но что-то подсказывало: он не удивлён.
Всего на секунду появилась мысль о том, будто он тоже должен был находиться в кабинете.
Но нет… такого не может быть.
Ей хотелось верить, что Панси не такая распутная девушка, чтобы обслуживать двух Малфоев одновременно.
Время, кажется, замедлилось…
Тишина окутала одеялом спокойствия.
Гермиона покачала головой из стороны в сторону, чтобы вытрусить непристойные догадки из собственной головы. Её растрёпанные кудри, словно одуванчик, распушились и торчали в разные стороны, мешая нормально дышать.
Малфой чихнул.
Она вздрогнула, осознавая, что не одна в помещении и что тепло, которым окутано её дрожащее тело, вовсе не её.
А жаль.
Она так давно не ощущала себя согретой в этом доме. Удивительно, что не замёрзла до сих пор.
— Понравилось? — шипящий голос возле уха.
Он спрашивает или утверждает?
Сложно понять настрой Малфоя, не видя его глаз. Гермиона могла распознать настроение парня, заглянув в них. Злость, ненависть, презрение, высокомерие и гордость — стандартный набор эмоций Драко.
А ведь она никогда не видела его в хорошем расположении духа. Даже сегодня, когда он смеялся в кругу своих друзей.
Невольно стало интересно, а меняется ли выражение его глаз в такие моменты?
Чтобы отвлечься, Гермиона переспросила:
— Ч-что?
Парень коснулся подбородком её макушки, помотав головой из стороны в сторону.
Вздохнул, словно ему в тягость повторять вопрос, но всё же уточнил.
— Наблюдать понравилось?
Что-что? Он реально думает, что я нарочно…
Её глаза забегали, рассматривая поочерёдно предметы в комнате. Ведь, по сути, она и правда нарочно задержалась у дверей, чтобы понаблюдать за Люциусом и Панси. Но признавать это девушка не собиралась, поэтому спокойно ответила:
— Нет, я просто шла в свою комнату.
Малфой зажал рукой её талию, сместил голову в сторону, и она услышала шёпот у самого уха:
— Долго шла.
В следующий момент произошло то, чего Гермиона никак не ожидала. Малфой наклонился, поддев пальцами низ платья. Проскользнул вверх от колен к бёдрам, и когда казалось, его руки нашли удобное пристанище, правая ладонь скользнула немного вниз по внутренней стороне бедра, и пальцы накрыли её трусики. Страх и отчаяние ударили по щекам, словно ток.
Гриффиндорка инстинктивно свела ноги, но её реакция выдалась запоздалой. В итоге его зажатая ладонь вызывала не только стыд, но и злость на саму себя.
Ощущать чужую руку на своём лоне подобно фантастике. Она никогда и никому не позволяла касаться себя, считая подобные выходки аморальными, особенно, если позволять подобное не любимому человеку.
А сейчас?
Её живота касается Драко Малфой, нагло, властно и… и… почему-то так необычайно приятно.
Гриффиндорка зажмурилась, прогоняя ощущения тела на задний план, словно назойливых мух. Включила разум, который просто возмутился наглости слизеринца и сиюминутно отдал приказ к сопротивлению.