Гриффиндорка затаила дыхание, понимая, что Волдеморт готовится к подпольной войне. Эффект внезапности может сыграть ему на руку. От возмущения она сжала руки в кулаки так, что раздался хруст пальцев.
О, нет!
Она прикусила щеку, начиная думать о возможности сообщить Гарри об опасности. Но такой порыв кажется просто нереальным. Она ничего не знает о судьбе Ордена и своего друга.
— Лорд, — послышался голос Малфоя младшего, — позвольте мне руководить операцией?
Руководить?
— Да, Драко… Я знаю, на что ты способен, твоя самоотдача яркий пример для всех, — голос Волдеморта звучал так, будто маг испытывал радость. — Три дня! — Гермиона подскочила у двери от громкого возгласа, — Я даю вам три дня, чтобы найти и продумать план нападения на семьи, состоящие в Ордене или поддерживающие Поттера. В пятницу вечером я жду сокрушительных новостей.
Сердце так ощутимо билось о грудную клетку, что его пульсацию Гермиона ощущала барабанными перепонками, которые норовили лопнуть от давления. На мысках она отбежала от двери, не оглядываясь и не дыша. Лишь оказавшись на втором этаже, гриффиндорка выдохнула воздух, от чего почувствовала боль в груди.
Слова эхом гудели в голове, навевая состояние паники и беспокойства за весь Орден.
Когда Малфой предложил руководить операцией, она не поверила. Гермиона до последнего отказывалась верить в его силу и значение для Волдеморта, но сейчас…
Сейчас в её голове всплывали факты. Она видела Малфоя в действии, слышала о его достижениях и испытывала на себе их. Сейчас он не кажется каким-то абстрактным недооценённым врагом, он является убийцей и угрозой.
Она очень сильно ошиблась.
В этом доме опасен не Люциус Малфой, а его сынок.
Услышав, шум шагов на первом этаже, Гермиона быстро побежала в свою комнату. Попадаться на глаза кому-то из пожирателей чревато для здоровья и жизни.
В этом доме всегда нужно играть двойную роль: для Малфоев — покорной грязнокровки, для себя — сильной гриффиндорки.
После разговора с Северусом Снейпом, Гермиона решила прислушаться к его советам и играть роль послушной пленницы. Такое поведение вполне устраивало Люциуса Малфоя, который больше всего контактировал с ней.
Иногда Гермиона чувствовала на себе его длительный взгляд, задумчивый и в то же время отстранённый. В такие моменты становилось очень интересно, о чём он думает. Мировоззрение и мысли чистокровного сноба вызывали любопытство и желание залезть в его разум, используя окклюменцию. Но такие мысли быстро проходили, опираясь на старую мудрость: Меньше знаешь — крепче спишь.
Вряд ли в такие моменты Люциус раздумывал о том, что он ошибся насчёт своих убеждений и что, всякая тварь, по его мнению, может заслужить место в чистокровном магическом мире. Да он, скорее всего, обдумывал план, как бы прикончить Гермиону и списать всё на самоубийство!
* * *
После обеда Гермиона получила новое задание от Люциуса.
— Надрай люстру в восточном холле — коротко бросил Люциус, и махнув рукой, дал приказ уходить прочь.
Гермиона не задавала лишних вопросов, привыкнув к тому, что параллельно с ней, какой-то эльф получал задание предоставить ей все инструменты и материалы для уборки.
Почему какой-то? Видимо Люциус опасался её влияния на этих существ, поэтому каждый раз отправлял нового эльфа для её инструктажа.Всего Гермиона насчитала пять эльфов, без Локи. Этот при интереснейшее существо редко попадалось ей на глаза. Гермиона лишь несколько раз видела его с Малфоем-младшим, но были моменты, когда шестое чувство подсказывало ей, что за ней следят.
Сейчас, стоя на заколдованной лестнице, высотой в четыре метра, Гермиона ощущала на своей спине чей-то пристальный взгляд. Она опустила одну руку, схватилась за лестницу, и повернулась назад, но никого не увидела.
От высоты голова немного закружилась, нажитая слабость и истощённость давали о себе знать. Она прикрыла глаза и склонила голову, медленно и глубоко дыша.
Спустя минуту, Гермиона подняла руки с тряпкой вверх, чтобы вытереть очередной металлический завиток от пыли. В этот момент она услышала голоса, но убегать было бессмысленно, и она принялась активнее начищать люстру. Когда голоса стали более отчётливыми, она прислушалась к разговору.
— Говоришь, все маховики до одного? — удивлённый голос Малфоя-младшего она узнала сразу.
— Да. Приказ должен быть исполнен до Нового Года, — спокойный высокий голос ответил на вопрос.
Гермиона перестала вытирать пыль, замерев с поднятыми вверх руками. Кажется этот голос ей тоже знаком. С Малфоем разговаривает явно кто-то из его дружков. Точно, один из тех, кто вчера был в мэноре!