— Я тебя понял, Тео, — парни вышли в холл и своим ответом Малфой подтвердил её догадку.
Ещё один слизеринец.
Этот дом кишит змеями!
— О! Смотри! — восклицание настолько неожиданное, что Гермиона дёрнулась от испуга и повернула голову к источнику шума. Она намеревалась схватиться за лестницу обеими руками, но ловкость не её коронный номер.
Обе руки махнули в воздухе, нарушая равновесие, от чего она отклонилась назад и в считанные секунды поняла, что мыски соскользнули с тонкой ступеньки, и она падает. От страха она лишь закрыла глаза.
Гермиона не успела ни крикнуть, ни проклясть себя за рассеянность, как приземлилась на что-то мягкое и пушистое, что окутало её в свои объятья. Открыла глаза и увидела белесую дымку, похожую на облако, которая поддерживала её над полом.
Она повернула голову и увидела, как Малфой удивлённо смотрит на Нотта, который прячет волшебную палочку в карман штанов. Драко скривился и фыркнул.
Гермиона заметила, как его скулы напряглись от раздражения. Если бы не его аристократическое положение, он бы сплюнул на пол.
Она перекатилась на бок, свесив ноги к полу, и быстро встала на ноги, с удивлением замечая, насколько устойчивой оказалось магическое облако.
— Спасибо, — растерянно проговорила Гермиона, вскользь посмотрев на Теодора.
Она снова не знала как себя вести, ощущая неудобство за то, что стала свидетельницей чужого разговора. Конечно, она не была виновата в этом, но судя по всему, Драко Малфою просто плевать.
Гриффиндорка переступила с ноги на ногу, пытаясь успокоить разбушевавшуюся фантазию.
— Не верю, что ты это сделал, — сквозь зубы процедил Малфой.
Нотт изогнул бровь и покосился на Малфоя:
— Ты серьёзно? — с удивлением спросил он.
Малфой перевёл взгляд на друга, ухмыльнувшись и немного прищурив глаза.
— Всего лишь грязнокровка, — кивнув в её сторону головой, рассмеялся он.
Гермиона понимала, что он имел в виду. Она всего лишь грязнокровка, которая может падать с большой высоты, терпеть мощь пыточных заклятий и быть мусором у ног таких аристократических ублюдков, как он.
Нотт сделал шаг вперед, пристально рассматривая Гермиону, потом ещё один ещё, пока не подошёл к ней на расстояние вытянутой руки.
— Всего лишь девушка, — чётко продекламировал Нотт.
Он внимательно вглядывался в её лицо, ища схожесть черт лица с теми, что он помнил за времена учёбы в Хогвартсе. Она изменилась…
Тео не мог понять в какую сторону изменила Грейнджер: в лучшую или в худшую. Она всегда была симпатичной девчонкой, не обделённой привлекательной красотой и обаянием. Но теперь, она выглядела немного по-другому.
Он смотрел на волосы, такие же кудрявые и непослушные, как он их запомнил. Смотрел в карие глаза, наблюдая в них уверенность и стойкость характера. Вывод простой — она не сломлена. Тогда что?
Он отступил на шаг назад, снова осматривая внешность Гермионы, чем вызвал её смущение. Она невольно заправила кудрявый локон за ухо, ощущая жар на щеках и молясь всем святым, чтобы он не окрасил лицо румянцем.
Черты лица, да и фигура стали острее. Глаза Тео заблестели, словно он разгадал какую-то тайну.
Вот оно! Гриффиндорка просто похудела!
Нотт хмыкнул и снова взглянул в глаза Гермионы, словно ища подтверждение своим догадкам. Видимо, не увидев понимания в глазах гриффиндорки, он вздохнул и задорным голосом проговорил:
— Видит Мерлин, в Малфой-мэноре никогда не было призраков, но ты, Грейнджер, норовишь стать первым.
От непонимания Гермиона замигала глазами, переводя взгляд с Нотта на Малфоя и обратно. Зачем-то поправила юбку платья, сильно потянув её вниз. Находится в компании двух слизеринцев без палочки очень некомфортно, и сложившаяся ситуация заставляет её нервничать.
Тео повернулся боком к другу и обнаружил его понимающе-шокированный взгляд.
О, да! Такое стоит увидеть, как до Малфоя доходит смысл слов и как он осознаёт, насколько правдивыми эти слова могут оказаться в будущем.
Происхождение призраков — вещь малоизвестная, но единственное что достоверно доказано и признано многими учёными, так это два фактора, которые влияют на то, что после смерти маг оставляет свой отпечаток в мире живых в виде приведения.
Одним из факторов является сама смерть. Смерть вдали от дома, в чужом месте обрекает умирающего быть вечным узником этих мест. И второй фактор, эмоциональный выброс магии, в момент смерти. Иными словами, эмоции и недовольство умирающего приводят к появлению его отпечатка.