Малфою хотелось сорвать эту чёртову мантию с Грейнджер, чтобы…
Что бы что?
Зачем?
Он не понимал до конца собственных эмоций и желаний, но ему хотелось всего и сразу.
Ему хотелось сорвать эту мантию, потому что грязнокровка не достойна носить одежду чистокровного мага.
Сорвать тёплую мантию, чтобы она замёрзла от холодного ветра.
Чтобы не тащила на себе чужую одежду и не радовалась так, словно дрянной эльф получил свободу от хозяина.
Чтобы она не смела идти вот так быстро и уверенно, будто её жизнь беззаботна и счастье бьёт ключом.
Гнев, злоба и ревность топили Малфоя изнутри, вызывая фонтан бурных эмоций, что заставлял бурлить его кровь словно газированный напиток.
Этого не может быть, просто не бывает, чтобы какая-то маггла так выводила его из себя. Она не может. Не имеет права занимать часть его мыслей и отнимать драгоценное время!
Малфой вытащил палочку, готовясь нанести удар по гриффиндорке.
Плевать, что за заклинание он применит.
Лишь бы больнее ей было.
Лишь бы громче она кричала.
Лишь бы от него.
А она словно чувствуя опасность, остановилась, и, не выжидая, резко повернулась к Малфою. Палочка в его руках удивила Гермиону, но она старалась не подавать виду.
Ей нужно усыпить бдительность «Дракона».
Символично звучит, если учесть, что его имя ассоциируется с магическим существом.
— Ты ведь позволишь мне выходить на свежий воздух? — интонация получилась не жалобной, чему Гермиона обрадовалась, но уж слишком мягко она задала этот вопрос.
Он прокрутил палочку пальцами, сверля Гермиону глазами.
Сейчас точно решается её судьба: быть наказанной или обнадёженной.
И Гермиона всем сердцем верила, что сегодняшний день благоволит её судьбе. Теперь она верила что, всё не просто так и главное чувствовала это.
— Ты светишься, — зачем-то произнёс Малфой эти нелепые слова.
— Это не так, я просто… — она решила не притворяться, сгладив защитную щетину, — просто я давно не была на улице.
— Ты. Светишься. Грейнджер, — поднимая палочку на уровень груди, прошипел Малфой.
Только теперь она заметила, как белое мерцание обрамляет её силуэт, создавая контур вокруг тела. Не иначе, как аура приняла облик энергии, которую Гермиона почерпнула у природы.
— Иди в дом, — махнув палочкой, приказал Малфой, — Локи!
Эльф появился на ступеньках почти бесшумно, склонив голову, он тоже одарил Гермиону удивлённым взглядом.
— Отведи её в комнату и проследи, чтобы она поела, — Малфой отвернулся, но так, чтобы Гермиона оставалась в поле его зрения.
Ей не хотелось задерживаться на улице, рядом с Малфоем с его непонятными взглядами и намерениями. Гермиона развернулась и живо поднялась по ступенькам, не ожидая, когда Локи схватит её за руку и переместит в комнату. Проснулось желание хоть в чём-то поступить по-своему.
Она шагала по коридорам и слышала, как эльф топает босыми ногами следом за ней. Доля удовлетворения наполнила девушку, и она улыбнулась, чувствуя прилив сил.
Гермиона остановилась у дверей, полагая, что эльф уйдёт, но он первым вошёл в её комнату.
— Черпать силы у природы — это хорошо…, — загадочно начал эльф.
Почему-то Гермиона знала, что в продолжение этой фразы она услышит «но».
И последующие слова удивили её.
— … но мисс вызвала интерес у Драко.
— Что ты хочешь этим сказать, — следуя за Локи, поинтересовалась Гермиона.
— Ужин на столе, — эльф пододвинул стул, чтобы Гермиона села.
Она так и сделала, оценивая щедро накрытый стол, на котором красовалось несколько блюд.
— Мисс не встанет из-за стола, пока не съест всё.
Локи исчез, пресекая возражения и угрозы со стороны Гермионы.
Глава 17
Когда Локи исчез, меня одолела злость за его своевольное поведение, но потом я подумала, что всё-таки не он сам решил приковать меня к стулу при помощи магии. Не иначе как Малфой-младший «позаботился» обо мне таким способом.
Мысленно я готовилась спать на стуле, но каким-то чудом умудрилась съесть предоставленный ужин с большим аппетитом. Всё же прогулки на свежем воздухе полезны.
Окинув пустые тарелки довольным взглядом, я улыбнулась, будучи стопроцентно уверенной, что мой вид напоминает довольного кота, объевшегося сливок.
Улыбка исчезла с лица, как только я вспомнила Живоглотика, а вместе с ним и всех, кто имел значение в моей прошлой жизни.
Как бы я ни тосковала и как бы ни хотела сбежать, у меня не было возможности противостоять магии, которая как удавка затянулась на моей шее.
Я снова взяла кулон в руки, покрутив его в разные стороны.