Вильяму ужасно хотелось заглянуть в сад, но сейчас важнее было не отставать от мчавшегося впереди маленького скорохода.
– Поторопись! Время не терпит! – снова выкрикнула Гарриет, семеня по обледеневшей дорожке.
Вильям поспешил за ней, но остановился, когда в голову Гарриет внезапно угодил снежок. Она взвыла и резко обернулась.
– Ты что это делаешь? – закричала она и, отряхиваясь, свирепо посмотрела на Вильяма.
– Это не я! – испуганно воскликнул Вильям.
– Глупости! Это был… – начала она, но следующий снежок попал ей прямо в лицо. Большие очки упали в снег.
Вильям повернулся в ту сторону, откуда летели снежки, и увидел двух роботов, спрятавшихся за снежной крепостью.
– Однажды я отправлю вас на свалку! – прошипела Гарриет, сдувая снег с очков.
Но ее угрозы не произвели на них никакого впечатления, и большой робот начал лепить новый снежок.
– Поторопись! – крикнула Гарриет и припустила. – Отстаем от графика!
Глава 15
Они остановились перед каменным зданием с круглой медной крышей. Оно казалось гораздо более древним, чем сам главный корпус Института. Над дверью висела табличка, на которой золотыми буквами было написано: «Орбаториум». Дверь резко отворилась, и из нее выглянул мужчина в белом халате.
– Доброе утро, Бенджамин! Со мной Вильям Вентон, на вводное занятие, – сказала Гарриет и кивнула Вильяму.
Бенджамин Слаппертон заслонил глаза рукой от яркого солнца. Его волосы были взлохмачены. Некоторое время он смотрел на мальчика, нависая над ним.
– Вильям Вентон? – наконец задумчиво протянул он.
Потом ухватил Вильяма за свитер, втянул за дверь и захлопнул ее перед носом у Гарриет. Вильям слышал, как она ругается снаружи.
– Эта женщина меня раздражает, – сказал Слаппертон и посмотрел на Вильяма. – А тебя?
– Я только что с ней познакомился, – ответил Вильям.
– Хм-м. Ну, подожди, пока не узнаешь ее получше, – сказал Слаппертон и указал на стул, который стоял перед большой зеленой доской. – Можешь сесть там.
Вильям огляделся. Комната была круглой со сводчатым потолком. Вдоль стен громоздились высокие полки, заставленные всевозможными механизмами. В углу стоял большой медный паровой двигатель, с потолка свисал механический орел. Вильям почувствовал, что его бьет дрожь от нетерпения: ведь он знал, что это не просто механизмы. Здесь были десятки, сотни механических кодов. Тех самых, о которых он читал в дедушкиных книгах. Тех самых, которые и не мечтал увидеть своими глазами.
Слаппертон уставился на Вильяма и сказал:
– Ты выглядишь как совершенно обычный мальчик. Подумать только! «Невозможное» разгадал мальчик, который выглядит настолько заурядно.
Слаппертон поскреб свои темные усы и подскочил на месте, когда они вдруг спрыгнули ему на плечо.
– Назад! Вернитесь! – закричал он, безуспешно пытаясь поймать их. Усы скользнули вниз по пиджаку, прыгнули на письменный стол и помчались по нему, огибая кучи всякого хлама. Слаппертон схватил кофейную кружку и, изловчившись, накрыл ею усы.
– Попались! – торжествующе воскликнул он и поднял трепыхающиеся усы, чтобы Вильям мог их рассмотреть.
– Ну, что скажешь? – самодовольно спросил Слаппертон. – Я сам их сделал!
– А что это?
– Механические усы! Бегают по моим поручениям и все такое. Очень удобно, когда они хорошо себя ведут, но иногда они начинают валять дурака.
Слаппертон водворил усы на место – на свою верхнюю губу.
– А куда же я дел… Хм-м… Только что был тут… – Слаппертон рылся на письменном столе. – А-а, так вот же он! – воскликнул он и показал Вильяму предмет, который тот сразу узнал.
– Ты ведь уже имел с ним дело? – спросил Слаппертон, протягивая ему продолговатый цилиндр.
Никаких сомнений, это было «Невозможное»!
– Да, – Вильям покраснел. – Как он у вас оказался?
– Это я его сделал. – Слаппертон гордо улыбнулся.
Вильям сел на стул.
– Но… – начал он и запнулся. Множество мыслей одновременно возникло в его голове.
– Значит, это вы устроили выставку?
– Я.
– Но зачем?
– Чтобы найти тебя, разумеется. – Слаппертон посмотрел на «Невозможное». – Мы не знали, где Тобиас вас спрятал. Так что мы отправили «Невозможное» в турне. Но времени на твои поиски ушло больше, чем мы предполагали. Норвегия, кто бы мог подумать!.. Но в конце концов ты клюнул.