– Забудьте, – произнесла девушка, направляясь искать дальше. – Он не мог далеко уйти. И, в конце концов, его не так уж и сложно найти. – Таш улыбнулась собственной шутке и начала искать.
Ярмарка расположилась на окраине города, фургоны и палатки выстроились стройными рядами. Шатры по большей части были яркими и цветными, хотя цвета зачастую выцветали на солнце, фургоны были раскрашены и украшены флагами и знамёнами. Таш не очень хорошо читала, но она знала, что рекламировали те или иные товары для продажи: еду, напитки, украшения, керамику, изделия из железа, серебряные изделия и многое другое. По опыту Таш, Грэвелл, скорее всего, отправился перекусить, очень вероятно, что и выпить, и, возможно, заключить сделку.
Таш обходила ярмарку. Это была одна из самых крупных ярмарок, на которых девушка когда-либо бывала. Дорнан вырос в десять раз по сравнению со своими обычными размерами. Приближался обед, и восхитительные запахи в конечном счёте заставили Таш сдаться и съесть пирожок с хрустящей корочкой и начинкой из пряного мяса и картофеля. Она спросила у торговца, не видел ли тот Грэвелла. Лоточник не видел, зато другой покупатель сказал:
– Верзила? Он недавно был в баре Милтона в центре города.
Таш вернулась в город и нашла нужный бар. Внутри было сумрачно, под потолком витали клубы дыма, но они витали недостаточно низко, чтобы как-то помешать Таш, которая по сравнению с большинством местных посетителей была крошечной. Девушка обыскала все углы, но так и не заметила Грэвелла внутри, после чего обратилась к хозяйке заведения. Женщина сказала, что охотник уже ушёл.
– Сказал, что собирается в баню.
Таш вернулась практически к тому же месту, откуда начала свои поиски – баня была по соседству с лавкой сапожника. Девушка прошла мимо окна и заметила, что серые сапожки – её сапожки – всё ещё покоятся на своей верхней полке.
За лавкой, вниз по переулку находилась баня, за которой уже простирались поля.
Таш уже бывала здесь, поэтому знала, где что находится. Это было маленькое здание, которое начинало как амбар, но сейчас внутри располагались три деревянные ванны. Каждая ванна напоминала огромный бочонок с вином с приделанными к нему ступеньками. Вода нагревалась над огнём во дворе и потом подавалась в ванны в больших кувшинах, которые таскали два тощих парня, нанятых исключительно из-за роста и длины рук.
В передней части сарая была отдельная комната, где стояли четыре парикмахерских стула. Когда Таш была здесь в последний раз, она пришла с Грэвеллом, и волосатый охотник был здесь единственным посетителем, но сейчас внутри было людно. Все стулья были заняты, и ещё больше мужчин дожидались своей очереди на стульях, стоящих в рядочек поблизости. Здесь стригли и раскрашивали волосы, ровняли бороды и в то же время начищали ботинки. Таш спросила одного из цирюльников, не видел ли тот Грэвелла. Мужчина поглядел на её дреды и произнёс:
– А тебе бы не помешала хорошая стрижка, сестричка. – Он щёлкнул в её направлении ножницами и рассмеялся.
В разговор включился ещё один цирюльник.
– Мы можем избавить тебя от всего этого. За плату, разумеется.
Теперь к Таш было приковано всеобщее внимание. Но девушка не сдавалась:
– Вы не видели Грэвелла? Большой парень. Достаточно большой, чтобы вышибить дух из вас обоих за один присест.
Но оба цирюльника лишь рассмеялись, и Таш как раз пыталась придумать очередную колкость, но внезапно увидела мужчину, который заправлял всей баней, поспешила к нему и спросила, нет ли здесь Грэвелла.
– Он друг. Мой хозяин. Это важно.
– Мы здесь ценим личное пространство.
Таш закатила глаза и произнесла:
– Яйца вы здесь цените, если точнее.
Она была удовлетворена тем, как звучал её голос, пусть даже сказала она полную околесицу.
Таш обошла амбар в надежде найти вход. Там была небольшая дверь, через которую мальчишки таскали в баню горячую воду, и девушка подождала, пока один из них не появился возле дверцы с кувшином, после чего проскользнула внутрь следом за ним. Слева висели три занавески, и девушка знала, что за каждой из них находилась своя бадья. Но в которой из них отмокает Грэвелл? Есть лишь один способ узнать…
Таш проскользнула за первую занавеску.
Возле бадьи стояла пара сапог. Тонкая тёмно-коричневая кожа с зелёными стёжками. Определенно не Грэвелла. Послышался плеск, с которым обитатель бадьи нырнул под воду, и Таш воспользовалась было шансом скользнуть за бадью, но путь ей преградила лестница, с которой свисали многочисленные полотенца. Девушке пришлось протискиваться мимо, спиной к стене, и пока она была занята этим процессом, не сводя глаз с бортика бочки, из воды вынырнул юноша. Повернувшись спиной к Таш, он смахнул воду с каштановых, доходящих ему до плеч волос, и встал, открывая ей на обозрение свои плечи, туловище, бёдра и ягодицы. Затем он повернулся и потянулся за полотенцем.