А теперь Эдиона одолели собственные заботы. Он пообещал себе, что расскажет матери о своём воровстве. Но как он может? Что она о нём подумает? Он планировал показать Эрин, что с ним сделал Стоун. Стоун приказал избить его. Цивилизованные люди так себя не вели и уж точно не мочились на других людей. Стоун и его люди были варварами, его мать поняла бы это и прониклась к нему сочувствием. Вот только теперь у него не осталось ни одного синяка. Эдион даже не понял до конца, как такое вообще возможно, разве что в этом как-то замешан демонический дым, но как он сможет это объяснить? «Да, мама, люди Стоуна забили меня до полусмерти, но мне кажется, что крайне незаконная бутылка с демоническим дымом могла меня исцелить. А да, кстати, я её украл».
Нет, он не мог сейчас встречаться с Эрин. Он придумает, что ей рассказать, позже. К тому же, у него была назначена встреча с Маршем, куда более многообещающим собеседником. Эдион выглядел и пах лучше, чем когда-либо, он не хотел тратить такую возможность впустую. После всего, что он сегодня пережил, он заслужил приятную компанию. Завтра он разберётся с матерью и Стоуном.
Пора было уже идти в «Утку» искать Марша, но сперва надо было спрятать дым в безопасном месте. Но не в его шатре, там бутылку могли найти слуги или его мать. Где-нибудь в тихом месте… Он направился к лесу.
В лесу царила тишина, ярмарочный шум сюда не доносился. Эдион продолжал идти, он миновал место, где его избили, и дошёл до речки, на берегу которой и остановился. Юноша размотал бутылку и зачарованно уставился на клубящийся в ней дым.
Может, ему стоит попробовать чуточку? Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он в последний раз бывал в дымном притоне, и ему не помешало бы расслабиться. И вообще, зачем весь этот риск обладания целой бутылкой дыма, если он лишает себя удовольствия вдохнуть его? Он вдохнет немножко, спрячет бутылку и потом пойдет искать Марша. Идеальный план. Эдион откупорил пробку и позволил небольшой струйке дыма выпорхнуть наружу.
Струйка клубилась между деревьями, сияя фиолетовым светом, и испарилась между листьями. Эдион выпустил вторую струйку, но на этот раз наклонился поближе и вдохнул её носом. Она была горячей и сухой, дым скользнул вниз по глотке до лёгких, затем вернулся в рот и начал клубиться вокруг языка и вокруг расшатанного зуба, а затем сквозь нёбо теплая и фиолетовая субстанция просочилась ему в мозг.
Эдион засмеялся, и дым фиолетовым облачком вырвался наружу. Юноша откинулся на спину и начал парить над землёй, словно он тоже превратился в дым, а фиолетовое облачко тем временем улетало всё выше, светясь в царившей под листвой темноте.
Деревья были прекрасны. Листья махали ему свысока.
Эдион улыбнулся и помахал им в ответ. Всё было прекрасно.
Марш
Дорнан, Питория
Пока Марш ждал, когда Эдион выйдет из бани, у него была уйма времени подумать. Он уже сглупил прежде, заговорив с сыном принца и позволив бастарду отвесить ему комплимент о его глазах, в то время как Маршу нужно было выполнять работу. В следующий раз Марш не забудет о своём задании. Он обязан поговорить с Эдионом прежде, чем парень пойдёт к матери, и уж точно прежде, чем бастард встретится с Риганом. Он должен рассказать Эдиону убедительную историю, а для этого история по большей части должна быть правдивой. Когда Эдион вышел из бани, Марш уже знал, что он должен сказать.
Сын принца вышел на улицу и быстро зашагал прочь, держа свой камзол свёрнутым под мышкой. Марш срезал путь через переулок, в надежде обогнать Эдиона, столкнуться с ним с крайне удивленным, но донельзя обрадованным выражением лица и убедить пойти в какое-нибудь тихое место. Но Эдиона не было на дороге, ведущей обратно на ярмарку. Марш побежал обратно тем же путём, которым пришёл, и едва-едва успел разглядеть бастарда, уходящего из города в сторону леса. Теперь Эдион уже не так спешил, и Марш последовал за ним на некотором расстоянии. Лес выглядел тем самым подходящим местом, где они могли бы поговорить в тишине и наедине. Эдион уходил в лес всё дальше и дальше, мимо того места, где его избили и обоссали, мимо того места, где Марш провёл ночь. Наконец, сын принца вышел на берег реки, остановился, сел на землю и вытащил из свёрнутого камзола светящуюся фиолетовым бутылку.