Марш никогда не видел ничего подобного. Эдион держал бутылку и рассматривал её, а затем повернул вверх дном и вытащил пробку. Струйка дыма метнулась к кронам деревьев, она не рассеялась, но осталась чёткой и яркой, пока не исчезла среди листвы.
Эдион выпустил ещё одну струйку дыма, но на этот раз он вдохнул её, рассмеялся и затем откинулся на землю. На протяжении долгого времени он не шевелился. Наконец, Марш подошёл к нему.
– Эдион.
Эдион не отвечал. Похоже было, будто бы он заснул.
– Ну, по крайней мере, ты не с Риганом, – рассудил Марш. Он уселся рядом с Эдионом и принялся разглядывать лицо бастарда, так похожее на лицо его отца, принца, и в то же время совершенно другое. Отчего-то оно казалось мягче.
Наконец, в ранних сумерках, Эдион пошевелился, потянулся и сел. Он улыбался. Затем он заметил Марша, и улыбка юноши стала ещё шире.
– Привет, красавец-иностранец. Какой приятный сюрприз встретить тебя здесь. Мадам Эрут ничего не говорила мне о том, что я проснусь по соседству с тобой. Но, возможно, она понимала, что я неправильно её истолкую.
Марш снова смутился.
– Ты выглядишь лучше, – наконец, выдавил он.
– Спасибо. Хотя, когда ты в последний раз меня видел, я был избит и облит мочой. Так что я не уверен, что слово «лучше» вполне соответствует уровню изменений.
– Ты… эм, и пахнешь ты тоже лучше.
Эдион рассмеялся.
– Хмм, полагаю, комплименты – не самая твоя сильная сторона. Но это не страшно. Ты знал, что в сумерках твои глаза выглядят ещё краше?
– Эм, нет.
– Похоже, принимаешь комплименты ты тоже с трудом. Боюсь, этим вечером тебе придётся привыкнуть к ним. Я намереваюсь засыпать тебя комплиментами. Давно ты тут сидишь?
– С тех пор, как ты пришёл. Я присматривал за тобой.
– Присматривал? О, это звучит многообещающе.
Марш неловко поёжился. Он должен был переключить беседу на тему Ригана. Он произнёс:
– Должен быть с тобой честен. Я волнуюсь за твою безопасность.
– Ну, это просто чудесно с твоей стороны, мой новый красавец-иностранец. Но тебе не следует волноваться – амбалы Стоуна не будут снова избивать меня. По крайней мере, не до конца недели.
– Я не имел в виду их. Я говорю о ком-то куда более опасном.
Эдион кисло улыбнулся.
– Не переживай, я знаю о нём.
– Знаешь?
Неужели, пока Эдион был в бане, он каким-то образом получил сообщение от своей матери или от Ригана?
– Ну, разумеется. Я так и думал, что в конечном итоге он поймёт, что это был я. Правда, я рассчитывал, что это займёт у него чуточку больше времени. Но если он уже пустил об этом слух, к утру я буду трупом.
Кажется, Эдиона совсем не беспокоила перспектива погибнуть. На самом деле, он выглядел полностью расслабленным. Он явно по-прежнему находился под действием того, что было в бутылке.
– Ну, он знает, что ты… это ты. Но он больше никому об этом не расскажет. Он здесь, чтобы лично тебя убить.
– Здесь? – Эдион огляделся по сторонам, мигом насторожившись.
– Я имел в виду здесь, на ярмарке. Поэтому я и пришёл, предупредить тебя. Но как ты узнал о нём?
– Я украл у него дым. Разумеется, я знаю о нём.
– Дым? – Марш указал на бутылку. – Это?
– Да, это. – Теперь бастард казался смущённым. Он прищурился на Марша. – Мы же говорим об одном и том же человеке? Большой. Волосатый. Охотник на демонов.
– Нет, Эдион. – Всё шло совсем не по плану. Марш пододвинулся к Эдиону ещё ближе, чтобы говорить ещё тише. – Сюда приехал человек из Калидора, лорд Риган. Он здесь, на ярмарке, и он приехал, чтобы убить тебя.
Эдион рассмеялся.
– Что ж, ему придётся встать в очередь.
– Эдион, это серьёзно.
– Что ж, я вижу, что ты очень серьёзен. – Эдион снова повалился на землю и повернул голову в сторону Марша. – А вот я совсем не чувствую себя серьёзным. Этот дым просто потрясающий. Гораздо лучше того, прошлого. Моё тело парило среди верхушек деревьев и… как я могу тебе рассказать?. Моё тело счастливо. Я хочу сказать, каждый мой мускул, каждая косточка улыбаются. Ты понимаешь, о чём я?
Марш покачал головой.
– Сперва ты был в моче, а теперь ты под кайфом.
Хотя чего ещё можно было ожидать от сына принца?
– Я просто счастлив и расслаблен, друг мой. Очень, очень чудесным образом расслаблен. – Эдион положил ладонь на колено Марша. – А ты прям такой же красавчик, как я запомнил. Надеюсь, теперь я тоже выгляжу лучше. Лучше некуда. Я чувствую себя гораздо лучше. Синяки прошли, и даже мой шатающийся зуб перестал шататься.